Книга Адаптация, страница 99 – Екатерина Насута

Аккуратно расправив смятые лепестки фиалки, Айне вернуло ее на прежнее место. Осмотрелась. И нашла себе занятие. С ремнями рюкзака пришлось повозиться. Затянуты они были туго, но Айне справилась. Действия, пусть и не имеющие определенной цели, помогали вернуть утраченное душевное равновесие.

Только в носу продолжало хлюпать.

Пачки консервантов Айне поставила справа. Коробки с патронами – слева. Жестяной короб аптечки сунула под локоть, на него оказалась весьма удобно опираться. Планшет лежал в одном из боковых карманов. Айне раскрыла шов водонепроницаемого футляра, извлекла машину и активировала.

Она надеялась, что Тод не станет защищать планшет паролем, и оказалась права.

На изучение содержимого ушла четверть часа. Содержимое было на редкость унылым. Стандартный набор программ, электронная библиотека, сопряженная с комплексом обучающих фильмов. Набор трехмерных лабораторий с высоким диапазоном вариабельности.

И в единственной скрытой папке – фотография Айне.

Она не помнила, чтобы Тод когда-либо делал снимки. И точно не предполагала, что восприятие себя опосредованно вызовет подобный эмоциональный отклик. Положив планшет на колени, Айне внимательно изучала снимок.

Ничего особенного.

Соответствие стандартному диапазону вариабельности фенотипа данных расы, возраста и пола. Черты лица с ярко выраженными инфантильными признаками. Отсутствие запоминающихся элементов.

Но… Айне испытывала удовольствие и смущение, глядя на себя.

Это отличалось от отражения в зеркале. Это отличалось от чего-либо, виденного прежде. На фото у нее косички и резинки разноцветные. Ей хотелось остричь волосы, но Тод отказался. И это синее платье она помнила. Подол был расшит блестящими камушками, а рукава перехватывались лентами. Они развязывались постоянно. Айне это злило.

Смысл снимка лежал вне области воспоминаний.

Смысл снимка на Тодовом рабочем планшете вообще уходил за пределы понимания. И Айне сменила картинку. Теперь перед ней раскрылся типовой план поселения.

Идеальный круг. Три луча, пересекаясь в условном центре, разбивали этот круг на шесть сегментов, идентичных друг другу по структуре. Вплетались в них тончайшие линии электрических кабелей и широкие ленты системы водообмена. Айне провела стилом по рифу внутреннего вала, отмечая ворота. Затем сдвинула изображение и увеличила один из сегментов.

Она перевернула планшет, всматриваясь в переплетение линий, убрала слои коммуникаций. Теперь на экране остались прямоугольники домов. Нужный Айне нашла без труда и отметила зеленым.

Снова увеличила сегмент.

Почесала кончик носа и слизала присохшую соплю.

Работать было интересно. Закрыв глаза, Айне восстановила в памяти картину боя. На месте просевшего дома она нарисовала красный круг, от которого искрами расходились точки. Они группировались и останавливались, натыкаясь на точки антагонистично-синего цвета.

Среди них нашлось место паре желтых. И отдельными элементами включились в мозаику зеленые метки.

Три четверти круга Айне обвела синим, поставив сверху вопросительный знак. Одну четверть выделила и пририсовала знак восклицательный. Включив функцию записи, продиктовала:

— Визуально установленный характер распределения кадавров соответствует клинальному, что логично. Высокая концентрация особей на месте прорыва снижается по мере удаления от центра.