Онлайн книга «Адаптация»
|
Боялась – не дотащит. Сил не хватит. Ловкости. Времени. Или просто удачи: Еве никогда особо не везло. Но сегодня нужно. Спасти нужно. Хоть кого-нибудь! И вывалившись на кромку тротуара, ставшего незримой границей между «там» и «здесь», Ева прижала пальцы к шее спасенной. Пульс был. А девчонка опять открыла глаза и спросила: — Зачем? — Затем! Подлетевшая женщина в зеленом халате оттеснила Еву. А поселок продолжал принимать гостей. Суетились ласки и хорьки, копошились бобры, ворочалась черная медвежья туша. Зверь бродил и озирался, точно не понимал, что он здесь делает. Осевший дом затянули побеги плюща. Почки раскрывались, торопливо вываливая алые венчики цветов. Ветер срывал пыльцу и растягивал тучей мути. Во всем этом не было смысла. И стоило об этом подумать, как справа короткими очередями застучал пулемет. Слева вскипело алое облако взрыва. Ударная волна разметала и людей, и тварей, звуковая выключила Еву. Стало вдруг тихо. Тенями метались кадавры. Плавно, словно танцуя, двигались люди. Сталкивались. Крутились. Стреляли. Пули молча рвали воздух, и только когда одна вошла в стену над ухом Евы, звук вернулся. Май. Осыпа́лся с вишни Белым цветом, Летели белые перья, мешаясь с красной вороньей кровью. Тод стоял в двух шагах. В правой руке его был дробовик, в левой – тяжелый пистолет. Стрелял Тод одиночными. И стрелял метко. Из-за спины андроида выглядывала Айне. Девчонка держалась в тени, с явным интересом наблюдая за происходящим. А Герда говорила, Словно гид — Подробно, Про Неаполь и Мадрид; Про марку и пробег Ее кареты… Ева не сразу поняла, что стихи читает андроид. Выдает строчки сухо, как пулемет очереди. И на пули слов напарываются твари. Подкатываются и отступают, не смея пересечь незримую черту. Вокруг Тода образовалось мертвое пространство. Неплохо было бы попасть в него. О жителях далёких деревень, О пляжах На Таити и Гаити, О том, Что где-то, Кажется, на Крите, Теперь пасётся северный олень. Суставчатое щупальце выстрелило из-под земли, но было встречено пинком. Прижато к земле и переломано. Хруст Ева не услышала. Она почему-то вообще ничего не слышала, кроме этих идиотских стихов. Тод, не нарушая ритма и дыхания, сбил нетопыря и, повернувшись на сто восемьдесят градусов, всадил пулю в глаз зверя, похожего на застиранного плюшевого медведя. Медведь опрокинулся навзничь. Как не боялась Бога или чёрта, Водила дружбу С разным вороньём… Ева сунула пальцы в уши, пытаясь нащупать барабанные перепонки. И сама рассмеялась от нелепости ситуации. Людей убивают, а этому плевать. Он стихи читает. И на месте стоит. Ему все равно, что делается там, если здесь тишина. Ева помахала рукой Айне. Подмигнула. И сколько могла, вдохнула порченного гарью воздуха. Если и им плевать, то и Еве тоже. Ева постоит рядышком. Или посидит. Ева спасала, а оказывается, никого спасать не надо. Девчонка ведь даже не поняла, зачем это. А раз так… На тротуар выкатилась ошалевшая рысь и завертелась, норовя дотянуться зубами до развороченного дробью бока. И легла в полуметре от Айне. Девчонка высунулась, с пристальным вниманием вглядываясь во вскрытый пулей череп. Покосившись на Тода, она вытянула руку и сунула пальцы в серое месиво мозга. Еву затошнило. Запнулась, Лишь заговорив о нём — Разбойнике из западного форта. |