Онлайн книга «Адаптация»
|
На второй стул сел Тод. Только на записи на нем был не привычный костюм, а ярко-оранжевый мешковатый комбинезон. И наручники на запястьях. А судя по неуверенности движений – и на лодыжках тоже. Девушка уставилась на Тода. Выражение лица ее было странным. Тод сел. Девушка продолжала смотреть. Время шло. Ничего не происходило. Минута. Две. Двенадцать. Айне промотала. Двадцать пять. На двадцать девятой Тода начало трясти. Тремор усиливался, пока не перерос в конвульсии. Девушка по-прежнему смотрела. И лишь когда судороги прекратились, она встала, вышла из кадра и появилась вновь со шприцом в руке. На этом запись закончилась. Действия девушки не получили логического объяснения. Тод обнаружился на перекрестке. Айне сначала услышала голос, декламировавший стихи, а после увидела и самого Тода. В тот день, Когда меня убили, Была жестокая гроза, И град На клочья растерзал Бутоны Белоснежных лилий. Тод, усевшись на деревянном ящике, разбирал пистолет. На левом колене его лежал пенал с протиркой и выколоткой. На правом стояла масленка. Каждую деталь Тод аккуратно вытирал о штаны, а затем ставил на землю, на расстоянии двух сантиметров друг от друга. Вереница патронов. Полиамидная туба шнекового магазина. Крышка ствольной коробки и затвор. Потоком бешеной воды Их разметало, Сбило наземь. Я отряхнул крупицы грязи — Остались серые следы… Айне оглянулась: если есть Тод, возможно присутствие еще кого-нибудь. Но редкие окна были пусты. В стеклах отражалась луна, кривобокая и какая-то слишком крупная. Она в точности соответствовала снимкам из Базы и в то же время была иной. Индивидуальность визуального восприятия? Или просто несовпадение точки съема или фазы лунного цикла? Вдоль по дорожкам Ручейки Несли подтаявшие Пули. Они друг к дружке Зябко льнули, Как и в ладонях — Лепестки. Тод повернул фиксатор ствольной накладки и, отделив ее, принялся тереть о штанину. — Прекрати, – сказала Айне, раздумывая, не подойти ли ближе. Тод даже не взглянул на нее. Вытащив из кармана горсть патронов, он принялся кидать их в бочку. Попадал. Патроны звенели, бочка гудела, небо оставалось черным, а луна – неправильной. Я нес их в дом, Таких, как были: Измятых, Рваных — Жалко ведь… Между страниц Хотел согреть, Но… Вышло так — Меня убили…[2] — Тод, ты жив. Слышишь меня? Ты живой! — Неужели? – спросил андроид, отправляя роняя обглоданный остов пистолета. – Надо же, какая незадача. Я живой. А вот люди часто умирают. И оружие тоже. Оружие надо любить, тогда оно будет любить тебя и не подведет в бою. Масленка упала с Тодова колена, но он подхватил на лету и аккуратно поставил рядом с магазином. А если случившееся с Тодом повредило исходные установки? — Когда оружие не любят, оно отказывает. Он повернулся к Айне и, протянув руки, велел: — Иди сюда, Бессмертная. Раньше он никогда не позволял себе подобной фамильярности. Айне отступила и положила ладонь рукоять пистолета. — Не стоит, – сказал Тод, покачав пальцем. – Ты ведь разумная девочка? Ты очень разумная девочка. Ты самая разумная девочка, которую мне доводилось видеть. Хотя честно, не знаю, сколько вообще девочек мне доводилось видеть. Здесь пусто вдруг. Страшно, когда в голове пустота. Кто знает, чем ее заполнят? Айне сделала шаг назад. Выстрелить она успеет. А вот попасть – не попадет. Тод не просто андроид, он – маг-Си, диверсант. И реакция у него соответствующая. |