Онлайн книга «Мертвая»
|
— Она… она так говорила… говорила… простите, я не помню… – кузина смежила веки и сползла на стуле. – Совершенно не представляю, как… я ведь никогда прежде… шла из храма… молилась Невесте… наверное, она там всех поджидает. — И сколько вы отдали? – поинтересовался Диттер. — Все… все, что было… двадцать марок и золотое кольцо… прости, мама, я не сказала… мне было так… так стыдно… Я фыркнула. Дядя Фердинанд постучал пальцем по записной книжке. — Когда это произошло? — Недавно… месяц тому… …двадцать марок и золотое кольцо? Сомневаюсь, что оно имело хоть какую-то ценность, а значит, пошло бы по цене лома… итого получается в сумме марок тридцать? Да одни ингредиенты потянут на сумму, в три раза большую… Но я промолчала. Почему? Кузина… судя по мрачному взгляду Полечки – что, не ожидал? – мальчик молчать не станет. А значит, пару дней и репутации милой крошки наступит конец. Ей придется уехать. На год… два… десять. И если так,то смысл разбирательство затевать? Суд опять же… она, как ни крути, часть семьи, а значит, трепать будут не ее имя, но мое… проклятье! — Мамочка! – взвыла кузина, понимая, что дело пахнет каторгой. – Мамочка моя… я ничего плохого не хотела… чтобы на меня посмотрели… как на нее… чтобы меня тоже любили… …в разных позах. — Суда не будет, – Диттер допил отвар и, отставив флягу,икнул. – Прошу прощения, но… у меня нет ни малейшего желания тратить время на судебные разбирательства. Кузина бросила на него взгляд, весьма, как по мне, далекий от благодарности. — Но леди Осборн придется проявить благоразумие… …покаяние. И рекомендательное письмо настоятельнице Бернской обители… что ж, полгода в монастыре, глядишь, и добавят кузине, если не смирения,то всяко мозгов. Да и сплетни поутихнут. Большей частью. Глава 8 — Почему? – этот вопрос я задала Диттеру, когда тот отвлекся от созерцания разгромленных покоев. Явно гадал, тут ему оставаться – кровать с большего не пострадала – или же рискнуть и потребовать новую комнату. Я не мешала. Мне даже было любопытно, что победит: здравый смысл или скромность. — Простите? — Почему вы ее отпустили? Эта сказка про ромалу… вы ведь понимаете, что не было никакой ромалы… — Но при наличии хорошего защитника доказать этот факт было бы затруднительно. Диттер тронул искореженную проклятьем створку. И носок поднял, пожеванный, обслюнявленный, но с виду вполне целый. — Боюсь, новые правила и ограничения… не всегда способствуют процессу дознания. Это да, раньше было проще. Иглы под ногти и никаких адвокатов. — Ваша родственница сошлется на провалы памяти, слабое здоровье… лекари подтвердят, что и она находилась под действием зелья… если наносила на кожу, то что-то проникло в кровь,так что остаточные эманации зафиксируют. А уже там… Он обошел темные пятнышки. А мое противоядие паркет попортило. Да уж… повезло ему, что живым остался. Выходит, не такой он и заморенный, каким выглядит. — Но ведь дело не только в этом? — Не только. У меня тоже репутация есть и… не хотелось бы прослыть неудачником, которого едва не подчинила сельская недоучка… Это он зря. Городок наш, пусть и не так, чтобы велик, но не настолько же, чтобы деревней его обзывать. — Понятно… в этом доме полно свободных комнат. Выбирайте любую. Я развернулась. |