Онлайн книга «Философия красоты»
|
А эта свадьба была самой шикарной, самой блестящей, самой странной свадьбой года тысяче девятьсот девятнадцатого. Репортеры, фотографы и даже специально нанятый кинооператор старались запечатлеть торжество в мельчайших деталях. Почти тысяча приглашенных, два оркестра, семь поваров, вино, шампанское, коньяк и сигары, бриллианты и жемчуга, невообразимо дорогие наряды и модные прически. Все, что угодно, лишь бы оградить себя от болезненного прошлого. На этой свадьбе не было места тяжелым воспоминаниям, зато хватало места для разговоров. О, какие это были разговоры… Неизвестно, что вызывало большее удивление: возраст жениха, красота невесты или сам факт свадьбы. Алан Депмье славился своими миллионами и скверным характером, о невесте же никто прежде не слышал. Адетт… Какое претенциозное имя! Адетт Адетти – это уже почти на грани пошлости. Впрочем, никто из присутствующих не рискнул бы проявить невежливость по отношению к невесте Алана Депмье. Старик злопамятен, сегодня ты недостаточно искренне улыбнешься его новоявленной супруге, а завтра окажешься на улице, потому как банк в срочном порядке отзовет выданный ранее кредит. Или сорвется выгодный контракт, или подведет ранее надежный подрядчик… С Аланом Депмье шутки плохи. – Наверняка какая-нибудь выскочка с окраин. Нищая танцовщица или даже официантка! – Остервенело шептала леди в модном платье, прикрывая лицо веером. – Не удивлюсь, если она не француженка! – Конечно, не француженка, – отвечала подруга, умудряясь при этом сохранять приличествующее случаю выражение лица. Веер костяной бабочкой трепетал в руке, и маленькая сумочка на плече подрагивала в такт движениям. – Сербка или полька. Посмотри, какая широкая кость. Вот увидишь, года не пройдет, как она растеряет свою хваленую красоту. А это имя! Адетт! Через «А». Все знают, что «Одетт» пишется через «О», я так и написала: «дорогой Одетт», а она, представь себе, поправила! При всех! – Боже мой, какой позор! – Ужасно. – Кошмар. Сержу надоело слушать и, стараясь не привлекать внимания, он отошел в сторону. Впрочем, можно было не стараться: дамы были слишком заняты беседой, чтобы обращать внимание на кого-то еще. Здесь все были заняты едой и сплетнями. Вернее, сплетнями и едой. Сплетни и суфле из креветок. Сплетни и тюрбо в томатном соусе по-провансальски. Сплетни и жареный гусь с маринованным луком в красном вине… Сплетни, сплетни, сплетни… У Сержа голова разламывалась от бесконечных разговоров, выверено-милых улыбок, любопытных взглядов и духов. Этой весной дамы отдавали предпочтение сладким ароматам. А еще длинным ниткам жемчуга, камеям и атласным лентам для волос. Ну а слухи были в моде всегда. Ада, Ада, Адочка, до чего же она хороша в этом наряде, нимфа, Афродита, рожденная из пены венецианского кружева, сотканная из солнечного света, летнего ветра и речного жемчуга. Она и здесь сумела привлечь внимание: почти у всех приглашенных дам жемчуг крупный, тщательно подобранный по форме и цвету, а у Адетт речной, этакий милый изъян в совершенном облике невесты. Впрочем, у Адетт нет изъянов. – Вы брат невесты? – Милое создание с глазами оленя и тщательно нарисованным карминовым ртом старательно улыбалось. Личико-сердечко, губы-сердечко, тонюсенькие, ниточкой, брови и два розовых пятна – румяна. Девочка изо всех сил старалась быть красивой. |