Онлайн книга «Юся и Эльф»
|
Эль протянул руку. А вот предупредить, что точка переноса на его особняк настроена, не удосужился. Светлорожденная леди Алауниэль пребывала в весьма смятенном состоянии духа, что с ней в последнее время происходило непозволительно часто. И ныне причиной тому было не только исчезновение сына, чье неподобающее поведение вышло за рамки разумного, но и внеурочный визит свекрови. Леди Алауниэль подозревала, что визит этот вовсе не случаен. — Лето здесь жаркое, – в третий раз сказала она, старательно улыбаясь и наполняя хрупкую чашку цветочным чаем. – К тому же человеческие города так тесны, неудобны… право слово, мне жаль, что вы проделали весь этот путь. Леди Эрраниэль пила чай. И смотрела этак, снисходительно. Отчасти именно ее взгляд, который напоминал леди Алауниэль, что она вовсе не так уж идеальна, и заставил ее некогда поспособствовать отъезду семьи к людям. Благо леди Эрраниэль была не в том возрасте, чтобы любить путешествия. А оставшаяся под сенью Пресветлого леса свекровь была вполне себе терпима. Редкие же визиты следовало просто пережить. — Что-то Торви выглядит бледновато, – сказала свекровь с упреком. – Похудел… Упрек леди Алауниэль проглотила со всем возможным смирением. Лишь вздохнула: — Он слишком увлекается работой. — Дорогая, – снисходительно произнесла свекровь, соизволив пригубить чая, – нельзя мужчинам позволять увлекаться чем-то, они же, право слово, как дети… к слову, о детях. Где мой внук? Леди Алауниэль открыла рот, чтобы сказать… нет, не ложь, это, право слово, недопустимо: лгать любимой – а как иначе? – свекрови, но… в общем, что-то да сказать, когда сторожевой периметр дома содрогнулся, изогнулся и лопнул. Конечно, плетения восстановились почти мгновенно, однако это «почти» не укрылось от внимательного взгляда леди Эрраниэль. — Тебе стоит больше внимания уделять вопросам безопасности. Все же вы живете среди людей… Вот в Пресветлом лесу… Про Пресветлый лес она могла говорить долго и с немалым удовольствием, всякий раз перемежая рассказ вздохами, взглядами, преисполненными печали, и скрытыми упреками: сколь жестоко было со стороны леди Алауниэль уезжать куда-то, отрывая от матери единственного сына. А главное, чудилась за всеми этими разговорами скрытая издевка. Просто чудилась. — Бабушка! Ты приехала! – Тири смахнул с уха липкую паутину. – Я так рад… — Мы все рады, – в сторону произнесла леди Алауниэль. – Безумно… — Ты как раз вовремя… Он вытолкнул вперед свою девицу, еще более заморенную и чумазую, нежели обычно. Облаченная в нечто, вида преудивительного – будто тончайшее кружево набросили поверх невероятно грязной, драной одежды, – она выглядела именно тем, кем являлась: человеком. — Знакомься, – Тири положил руки на плечи девицы, и платье, от которого разило незнакомой силой, шелохнулось. – Это Юся. Моя жена… Леди Алауниэль прикрыла глаза. В присутствии свекрови и сознание не потеряешь, будет потом двести лет изводить намеками на слабое здоровье. — А мальчик-то вырос, – заметила леди Эрраниэль со странной усмешечкой. – Поздравляю. Кого именно поздравляли, леди Алауниэль не сочла нужным уточнять. А человечка, икнув, должно быть, осознала глубину своего падения… сиречь вышину взлета, сунула руку в карман и вытащила нечто крохотное. |