Онлайн книга «Невеста по спецзаказу или Моя свекровь и другие животныe»
|
Он попытался вытереть пудру рукой, но, вовремя опомнившись, принял протянутое матушкой ледяное полотенце. Жжение усилилось. И стало почти невыносимым. Нкрума чихнул. — Не спорю… получилось весьма оригинально… традиционно… и радовать должно, что невеста твоя мало понимает в традициях… вообще мало понимает в происходящем… Матушка задумалась. Потерла пальчиком переносицу. Провела по брови, как делала всегда, когда в голову ее приходила идея сомнительного плана. — …и такая хрупкая, слабая… не представляет, что такое жизнь в пустыне… Нкрума старательно стирал с лица остатки треклятой пудры и старался не смотреть на свое отражение в выпуклом боку вазы. В вазе покачивались пустынные анемоны, впитывая влагу из воздуха. И судя по оттенку, который приближался к темно-синему, им оставалось недолго. Читай книги на Книгочей. нет. Подписывайся на страничку в VK. Скоро переродятся в крупные клубки-клубни, и Аджаба велит вынести их во двор, где они и разделятся… — …страшно подумать, что было бы, если бы сороконожка… Матушка замолчала. Постучала коготком по губам, запирая в них невысказанную мысль. А Нкрума как-то похолодел. Да быть такого не может… его матушка… и невеста вряд ли пришлась ей по вкусу, в этом сомнений нет. Но избавиться… …это не убийство. До убийства матушка не опустилась бы, но просто постоять в стороне, позволяя пескам взять то, чего они желают… — Я… — Нкрума отступил. Хвост его нервно дернулся, едва не снеся со столика вазу с анемонами, которые рассерженно зашипели и вытянули тонкие ложноножки. — Пожалуй, пойду… — Иди, дорогой, — ласково сказала матушка. — Иди… и помыться не забудь… Не забудет. Он потер зудящую щеку. И переступил порог. — Дорогая, — Хамари Одхиамбо из рода Тафано позволил себе нарушить уединение жены, — тебе не кажется, что ты несколько переигрываешь? Он улыбался. И с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться в голос. И улыбка его отражалась в желтых глазах супруги. Она счастливо зажмурилась и потянулась, что стоило истолковать как признак высочайшего удовольствия. — Отнюдь… теперь он точно не отойдет от этой девицы… — Но… мне не показалось, что она желает этого брака. — Как и Нкрума. А общие цели сближают… Древние… — она все же фыркнула в ладошку. — Но какой же он… порой… И они оба рассмеялись. Тишина. В гостевых покоях пахнет фруктами. Аромат легкий, ненавязчивый и незнакомый. Есть в нем легкая мятная нота, и цитрусовая кислота, и сладости капля, и подходит он этим комнатам… Они огромны. Больше, чем старая моя квартира, хотя на нее грех было жаловаться. Здесь одна ванная комната квадратов в сорок будет. Окна в пол, и сам пол выложен темно-желтым камнем, теплым на ощупь. Ванна-чаша вдавлена в него, и вода течет медленно, наполняя ее едва ли до половины. Низкие кресла. Массажный стол. Стопка полотенец на столике темного дерева. И круглые серые камни, выстроившиеся вдоль окон. Они нагревались от солнца и слабо поскрипывали. Я отошла. Спальня. И вновь кровать на полу. То есть, я полагаю, что вот эта груда шкур и есть кровать. Я присела. Потрогала. Шкуры были мягки и шелковисты, да и пахли все теми же фруктами. Гостиная, как полагаю. Пол тот же каменный, но мягкий на ощупь. И ступать по нему приятно. Здесь окна затемнены и потому в комнате царят приятные полумрак и прохлада. Здесь хочется остаться. |