Онлайн книга «Белая башня»
|
Вой пробирал до костей. Заставляя губы задираться, и из горла сам собой вырвался глухой рык. — Что за… — Тень перехватил клинок. А кабаны вскочили. Матерый секач издал громкий визг. Засуетились свиньи, подзывая поросят. Затрясли тяжелыми головами, затопотали. Вой раздался слева. И ближе. И справа. Тварей явно было несколько. И кабанье стадо тоже сообразило. Зверье застыло на долю мгновенья, чтобы после в едином порыве броситься вперед. Прямо туда, где стояли люди. — Твою ж… Хрустели ветви. И трещали. Ирграм, не дожидаясь приближения тварей, споро вскарабкался на сосну, да там и застыл, вцепившись когтями в ветку. — Огонь! — рев Тени потонул в визге стада, что ломилось, не разбирая дороги. Их подхлестывал вой тварей, что доносился, казалось, отовсюду. И рокот пламени, поднявшегося между людьми и свиньями, ненадолго заглушил его. Пахнуло жаром. Раздался визг и крик, почти человеческий, резанувший по ушам болью. Кабан, не сумев остановиться, влетел в пламя, повернулся, взрывая копытами влажную землю. И снова заорал. А следом заверещали свиньи. Стих вой. Запахло паленым волосом, жареным мясом и еще чем-то на редкость тошнотворным. Метнулась тень человека, спеша уйти с дороги. Но опаленный магическим огнем, одуревший от боли и ярости зверь, заметил. Развернулся. И уже с хрипом бросился на того, кого здраво счел виновником боли. Секач был огромен. И ужасен. Шкура его, оплавившись, треснула, пошла рваными полосами, сквозь которые сочилась темная жижа. Каждое движение причиняло новую боль. И подгоняло. Кабан повел головой и ринулся на человека, норовя поддеть его желтым кривым клыком. Тень оказался быстрее. Он метнулся в сторону, впрочем, успев ткнуть кабана клинком. И тот, прошив опаленную шкуру, мышцы не одолел. А Тень вдруг споткнулся. И… Упал. Перекатился в сторону, уходя от зверя, который теперь не видел ничего, кроме этого, раздражающего, виноватого во всем, человека. Он издал низкий горловой звук, и ринулся, спеша разодрать. Стоптать. Сделать хоть что-то. Только вторая тень оказалась рядом, чтобы вогнать клинок по самую рукоять. И кабан, дернувшись было, вдруг понял, что сил не осталось. Ирграм четко ощутил момент оборвавшейся жизни. Пусть и кабаньей. Он подался вперед, едва не свалившись со своего убежища… — Огонь! — заорали снизу. — Огонь туши, чтоб тебя… нам только пожара не хватало! Поохотились, мать вашу… Ирграм с некоторым сожалением все же спустился. Лежавший на земле секач даже сейчас производил впечатление. Огромный, что скала, с вытянутой харей, с клыками, что пожелтели от времени. И каждый — с человеческую руку длиной, если не больше. — Яйца резать надо, — Дикарь кабана обходил стороной. — Или мясо… — Его жрать — зубы сломаешь, — Тень огляделся. — Там вон… маг многих задел. — Извините, я… к такому не привык, — Винченцо пригладил руками растрепанные волосы. — Одно дело — честный… или почти честный бой. Замок. Там. Стена. Войско вражеское, а тут… кабаны… чтоб их. — Подранков будет прилично, но… — Тень поглядел на лес. И перевел взгляд на кабана. Вздохнул. — Что бы там ни выло, испытывать удачу я бы ни стал. Ирграм свистом призвал к себе рытвенника. Не то, чтобы его так уж волновали проблемы людей. Но след крови и боли был весьма ярким. |