Книга Белая башня, страница 172 – Екатерина Насута

— Каким образом?

— Сосредоточься на ощущениях. К слову, твой нервная система сохранилась в неплохом состоянии, что и облегчило вопрос трансформации физического носителя.

На пальцах вспыхивали и гасли золотые искры.

— А вот пересадка сердца была проведена совершенно варварским образом. Никакого учета гистосовместимости. И процесс дегенерации в тканях уже начался. Тебе оставалось недолго, человек.

— Я и так живу куда дольше, чем предполагали боги, — Верховный позволил искрам коснуться кожи. И сказал. — Просыпайся.

Акти немедленно распахнул глаза и, охнув, поспешил распластаться ниц.

— Господин! — в голосе его слышалась искренняя радость. — Вы живы, господин… я волновался… я не хотел спать, господин.

— Тебе велели.

— Здесь никого не было!

— А вот его нервная система дестабилизирована. Глубокое сканирование дало бы больше, но я уже сейчас могу сказать, что у данной особи имеются серьезные проблемы с психикой.

— Людей, чья душа здорова, не так и много — возразил Верховный. — Давно я здесь?

— Тебе в какой метрической системе ответ дать?

— А они разные?

— Не особо. Кое-что изменилось. Ваши приборы несовершенны, но в целом ты прав, системы совпадают. Тридцать шесть часов.

Долго.

Очень.

— Господин? — мальчишка решился оторвать голову. — Вы…

— Изменился?

— Д-да.

— Ничего. Это нормально. Встань.

Тридцать шесть часов…

— И сорок две минуты.

— Ты становишься брюзглив.

— Система позволила провести сканирование встроенных программ, активировав резервные. Откат до последнего сохранения личностных характеристик не представляется возможным вследствие утраты девяносто двух целых и трех десятых совокупного массива личностных данных. Однако возможно частичное воссоздание профиля развития согласно заданным векторам.

— А если проще, — Верховный протянул руку, которую раб поцеловал.

— Я меняюсь, ибо программа полагает, что людям более понятно иметь дело с конкретной личностью. Примитивная психика и без того склонна очеловечивать субъекты, в том числе и меня.

Акти поднялся на корточки, а потом все-таки встал, хоть и сжался. Исходящий от него страх был ощутим и, пожалуй, неприятен. Разве Верховный когда-либо давал повод ему бояться?

Разве был он жесток?

Или несправедлив?

Пускай.

— Идем, — голос прозвучал, пожалуй, сухо, и от этого Акти вздрогнул и втянул голову в плечи, явно испытывая огромное желание вновь упасть ниц. И на ногах его удерживал лишь тот гнев, который он опасался навлечь на себя.

— Ты слишком много внимания уделяешь этой особи. Снаружи тебя ждут иные. Их много.

— Тебя это пугает?

— Функционально страх является своего механизмом, предохраняющим разум и человека от потенциально опасных решений, однако совокупный страх оказывает противоположный эффект, заставляя разум отступить…

Маска говорила что-то еще.

И нет, она сама не боялась. Она устала от молчания. И от одиночества. Верховный это знал, а потому позволял себе не слушать.

Он подошел к двери, и та беззвучно скользнула в сторону, выпуская его в такой знакомый проход. Здесь все еще светились стены, но свет больше не казался резким.

А еще Верховный… нет, не видел, чувствовал сокрытое. Хотя, конечно, точнее было бы сказать, что он чувствовал, что за стенами этими сокрыто нечто, но вот конкретно что именно?

— Твой уровень не позволяет полностью интегрировать систему управления хранилищем, однако ты прав. Многое сохранилось. На твое счастье. Запас энергии, правда, невелик, но есть резервные нагнетатели, а уровень внешнего заряда позволяет начать процесс аккумуляции.