Книга Белая башня, страница 153 – Екатерина Насута

— Извините, — мальчишка выпрямился и лоб наморщил. — Тут… тут вроде бы как там, но иначе.

Чудесное описание.

— Ну… то есть… тут вроде как… не знаю… там воздух, а тут вода. Да!

— Плотность выше.

— Чего? — уточнил Дикарь.

— Силы? Пространства? Того, что не позволяет нам двигаться вперед.

Меж тем мальчишка вдруг застыл. Щека его дернулась. Глаза закрылись. И открылись. И снова закрылись. Он покачнулся влево. Вправо, двигаясь медленно, словно во сне.

— Что… — Дикарь дернулся было, но Карраго покачал головой.

— Не стоит. Понаблюдаем.

— А если это опасно…

— Не похоже, чтобы это место стремилось навредить нашему юному другу. Вы же сами искали подсказку… вот она.

Ирграм, отряхнувшись, — внутри его еще таяли искры заемной силы, — тоже поднялся. Меж тем юный барон встал зачем-то на четвереньки. И пополз.

К сумкам, сваленным в стороне.

Он двигался довольно уверенно, несмотря на закрытые глаза. А руки сноровисто ощупывали то одну, то другую сумку, пока не нашли нужную.

— Конечно, — пробормотал Винченцо. — Как мы могли забыть…

Венец баронов де Варрен лег на голову мальчишки, чтобы камни на нем вспыхнули, сливаясь в одну сплошную полосу света. Алого, как кровь.

И такого же манящего.

Глава 37

Верховный

Свет вспыхнул сразу и со всех сторон. Он пробивался сквозь каменные плиты, и камень, светясь изнутри, будто истаивал.

Задрожал Акти.

И готов был упасть на колени. Как бы он вовсе не лишился разума, ибо все же не всякий человек способен принять то количество чудес, которое выпало на долю несчастного.

— Успокойся, — голос Маски звучал так, что не повиноваться ему было невозможно. И Акти задышал ровнее. — Вот так. Идешь следом.

Нужен ли он вовсе?

— Нужен, — ответила Маска уже так, что слышно сие было лишь самому Верховному. — Я не уверен, что нынешняя оболочка твоя выдержит. Лучше, если рядом будет кто-то, кому ты доверяешь.

Верховный сдержал смешок.

Доверяет ли?

Акти полезен.

У него мягкие руки. И знает он многое из того, что надлежит знать домашнему рабу, приставленному следить за стариком. Но разве может идти речь о доверии?

— Не суть важно. Идем.

— Там… ядовитый газ, — счел нужным предупредить Верховный.

— Система фильтрации активирована, — Маска положил руки на дверь, и та отворилась.

Чудо ли?

Очередное?

Правда, по сравнению с иными, это выглядело мелковато.

— На вас не угодишь. То чудесно, то недостаточно чудесно.

— Прости.

— Ничего. Люди должны оставаться людьми. В вашей хаотичности и бестолковости скрывается огромное преимущество, дающее вашему виду надежду на выживание.

За дверью пахло иначе.

Цветами?

И слегка гарью. А еще — кошачьим туалетом, который давно стоило бы вычистить.

— Газоароматические соединения не несут вреда здоровью, — заметила Маска. — Но если хочешь, я могу уменьшить чувствительность обоняния.

— Да… благодарю. Было бы неплохо.

— Тебе не обязательно произносить слова вслух. Я воспринимаю и так.

— Как ты читаешь мысли?

— Это не совсем верно. По сути твой мозг, в котором эти мысли рождаются, а заодно контролируются все процессы, проистекающие в теле, а их, поверь, огромное количество, все это сводится к набору энергетических импульсов разной частоты. Импульсы, сколь бы слабы они ни были, рождают возмущение энергетического поля. А моя чувствительность позволяет считывать их на малых расстояниях.