Книга Наставник, страница 110 – Екатерина Насута

Его беспокоит это?

— На первый взгляд, это ничего не значит. Но именно на первый. Город умирает.

И это не та причина.

Недостаточная.

— Не только город, - Алеф пошевелил бледными пальцами. – То, что я говорил отцу об источнике, правда.

— М…мш…

— Мешеки? Да, тоже. Высока вероятность, что новый источник откроется именно на их территории.

— Вр-нсть? – язык прилипал к нёбу. И отклеивать его приходилось усилием. Всякий раз создавалось ощущение, что с ним отдерется и кусок мяса.

— Вероятность. Когда я научился читать пластины, изрядную долю времени я потратил на то, чтобы рассортировать их. Да и… отец… я не спешил показывать ему. Пришлось… заниматься в свободное от дел рода время. Так вот, те пластины, что не открывались, я откладывал отдельно. Как и те, что содержали мало полезную информацию. Схемы. Графики. Знаки какие-то. Некоторые я узнавал, но большая часть была не понятна. Пока я не наткнулся на то, что можно назвать детской книгой. Символ и картинка. Ничего не напоминает?

— Гхрам..та?

— Именно. Это был своего рода учебник. Грамоты. Чтения. У них другой принцип, знаешь? Хотя откуда тебе, - он поднялся. Общая привычка. Винченцо тоже легче думалось в движении. Или скорее Алеф возбужден? Ему не с кем было поделиться открытием? Это объяснило бы необычайную нынешнюю говорливость. – Символ не равен букве. Нет. Символ может обозначать слог. Или даже слово. Но тогда нужно уточнения. Я долго сидел. Пытался понять. Разобраться. То, что мы полагаем языком Древних, по сути – лишь примитивная его вариация. И создавалась она явно искусственно. Для кого? Для слуг? Рабов?

Он замер и чуть дернул плечом.

— Не важно. Главное, что мне повезло. Много раз повезло. Найти ключ к башне. Войти. Забрать по-настоящему ценную вещь… эти идиоты её распилили бы. Наткнуться на книги. Воспользоваться этими книгами. Да… пожалуй, да… так вот, мир стоит на краю гибели.

— Чшто?

Щека Алефа дернулась. И глаза сузились. Нехорошо так. Предупреждающе.

— К-к-ак? Ты. Узс-нал.

Говорить все еще тяжело.

— Книга. Та самая. Сначала язык. Слова. Учился, как ребенок. Их ребенок. Потом… что идет после того, как дети постигнут буквы?

— Ткст.

— Именно. Сперва это были простые фразы. Причем та вещь, она произносила их. И я следом. И раз за разом. Пока не скажу правильно, дальше не пускала.

Это должно было изрядно злить Алефа.

— Потом рассказы. Небольшие. Про мир. Про мир, которого не стало.

И вот теперь он подобрался к по-настоящему важному.

— Сперва это походило на сказку. Древние полагали, что наша земля, что она круглая. И висит в бездне. Эта бездна необъятна. Солнце – суть пылающая звезда. И мир наш вращается вокруг неё.

Голова заболела. То ли от излишка знаний, то ли сама по себе.

Алеф же очертил полукруг.

— В бездне находятся и другие тела. К примеру, они считали, что звезды подобны нашему Солнцу. Но они находятся далеко, поэтому и представляются нам маленькими. А еще есть миры. Разные. Одни изо льда сотворены, другие из пламени. Есть те, что лишь камень. А есть и мертвые. Эти миры сталкиваются и плодят осколки, а те разлетаются в великой пустоте. Но все следует своим незримым путям.

Он ненадолго замолчал.

— Представить подобное сложно, но… движущиеся картинки были весьма убедительны. Там имелась и карта… точнее шар, изображавший мир. С очертаниями земель и океанов. Я сверил эти очертания с известными нам картами и вынужден был признать, что имеется определенное сходство.