Онлайн книга «Эльфийский сыр»
|
К выходу из зала не идет – плывет. Точно принцесса эльфийская. Даже взгляд соответствующий, отстраненно-высокомерный. И на морде лица вся родословная проступает, если приглядеться, то и с подробностями. Ну, или это Таське на нервах мерещится просто. А все-таки Свириденко неплохо устроился… золото, лепнина, роскошь такая, что если не слепит глаза, то ярко поблескивает, намекая, что у хозяев все-то неплохо в жизни складывается. Чтоб их… И золоченые двери распахиваются, а Таська, сама не понимая почему, вцепляется в руку Бера. — Извини. – Она сразу спохватывается, и снова становится стыдно. Прямо как маленькая… — Ничего, – шепотом отвечает Бер и добавляет: – Можешь хоть на шею залезть, если легче станет. Таська тоже собиралась что-то сказать. Но не сказала. Сперва она увидела людей. То есть она их и прежде видела-то – прием Свириденко устроил с размахом, – но как-то прежде люди бродили по залам парами да малыми группами. В концертном и то сидели согласно полученным местам, и потому впечатления толпы не производили. Ныне же они превратились именно в толпу. И толпа эта была повернута спиной к Таське. И не только к ней… Черные пиджаки. Пиджаки темно-синие, почти черные. И на фоне их разноцветные вечерние платья дам смотрелись этакими мазками ярких красок. — …Именно тогда, очутившись на краю гибели телесной и духовной, осознал я, сколь много ошибок совершил, сколько боли принес близким людям. Жизнь покидала меня вместе с кровью. Мне неоткуда было ждать спасения… – Этот мягкий голос наполнял комнату, окутывая и ее, и людей, в ней собравшихся. – И я сделал единственное, что мог: заплакал. Слезы мои – это слезы боли и раскаяния, глубочайшего, которое может только испытать человек. Он журчал лесным ручьем. И рокотал. И гремел даже… и Таська потрясла головой, силясь избавиться от пут этого голоса. — И тогда небеса разверзлись и ответили дождем. Я и сейчас, спустя годы, помню, как капли этого дождя стекали по щекам моим, как мешались они со слезами… — Надо же. – Офелия появилась из толпы, чтобы ухватить Таську за руку. – И получаса не прошло… идем… я хочу вас кое с кем познакомить. — Кто это? — О! Это особый гость! – Алые губы растянулись в улыбке. – Он тебе понравится, уверяю… — …И дождь унял боль. А следом с гор спустился зверь. И тогда я подумал, что он оборвет мои мучения, но снежный барс лег рядом и лежал, согревая меня теплом своего тела. — Это духовный наставник… великий гуру. — Чей? – Таська моргнула, избавляясь от наваждения, и руку потянула, но хватка Офелии стала лишь жестче. — Многих, девочки… Он удивительный человек! Он достиг духовного прозрения! И получил звание Возрожденного… Он пятнадцать лет провел в горах Тибета… Офелия ухватила и Марусю, потянув за собой. — …Он скитался в поисках истины и душевного прозрения, лишь недавно вернулся на родину… — Именно тогда, очистив свою душу и разум от суеты, я понял… — …И мне стоило немалых усилий позвать его сюда! — Зачем? – поинтересовалась Таська и заработала взгляд, полный укора. — Чтобы он поделился своим опытом! — А мы при чем? – Маруся все-таки вывернула руку. И Офелия следом отпустила Таську, а затем сделала шаг назад и подтолкнула в спину, причем так, что Таська едва устояла на ногах. И тоже толкнула даму в серебристом платье. |