Онлайн книга «Эльфийский сыр»
|
— Да. — И настоял, чтобы дуэль произошла здесь и немедля. Со своей стороны, я согласился выступить гарантом того, что поединок пройдет согласно правилам. Тополев покраснел. И побелел. И рот открыл. А потом закрыл, но почему-то ничего не сказал. Он боится седого? Или… нет, скорее не желает с ним связываться… Кто-то из сопровождения важного гостя? Надо будет имя спросить. — И смею заверить, правила нарушены не были, – продолжил Седой, позволив себе легкую улыбку. – Вместе с тем надеюсь, что вы со своей стороны проследите, чтобы молодому человеку выплатили его награду. — Н-награду? — Ставкой был мотоцикл. Я правильно понял? Александр кивнул. Осторожно. Голова все же гудела. — Ах, мотоцикл… – Тополев отступил. – Конечно… что ж… думаю, Глыба, когда очнется… сам вернет все… если сочтет нужным. И развернулся, всем видом показывая, что разговор окончен. Вот ведь… поганец. А главное, непонятно, у кого мотоцикл требовать… Глыбу в сознание приводить? Александру идея не слишком нравилась. — Идем. – Седой позволил себе подтолкнуть Александра в плечо. – Тебе умыться надо. И переносицу поправить, если не хочешь, чтобы кривой осталась… Все-таки сломали, ироды… Никакого уважения к власти. Глава 26, в которой прошлое возвращается, и не на радость настоящему Сказал жене, что после смерти хочу быть кремирован. Через полчаса ответила, что договорилась на вторник. Все шло очень даже неплохо. Если не сказать, что хорошо. И это уже само по себе было донельзя подозрительно, потому что не бывает так, когда все хорошо, чтоб совсем без подвоха. Нет, взгляды сторонние Таську беспокоили мало. Напротив даже, зависть, в этих взглядах проскальзывавшая, ее даже радовала. Потому что… потому что может она позлорадствовать или нет? И уже ради этого стоило ехать. Чтобы мило улыбнуться тем, кто поспешно отвернется и даже отступит, чтобы, не приведи боже, хозяин не решил, будто они к Вельяминовым симпатию испытывают… Блеснуть сиянием золотого шитья. Небрежно забросить за спину косу, украшенную сложными подвесками, которые Бер поспешно довосстанавливал для цельности наряда. И этой вот спиной ощутить всю зависть с недоумением. Разве что Дымов подошел. Поклонился и сказал: — Весьма впечатлен… и не только я. Он явно хотел добавить что-то еще, но промолчал. А потом был концерт… и остальное. Офелия, которую прямо разрывало от злости. Вот ведь странный человек, если подумать. Таська с нею почти и незнакома, как и Маруся, а она, Офелия, тоже с ними знакома не будучи, бесится, того и гляди из шкуры выпрыгнет. И в целом… Сюрприз этот. И легкая тень торжества, мелькнувшая на личике Офелии… И значит, сюрприз весьма далекий от приятного. И… Таська оглянулась, подумав, что, может, стоит отказаться? В окно вон вылезти, а там мелкими пробежками, пригибаясь, чтоб из-за кустов видно не было, и до кареты добраться. Хотя… Мысль, весьма даже притягательную, она отодвинула, поскольку Вельяминовы, на их беду, от проблем бегать непривычные. — Прошу. – Бер изобразил улыбку, хотя в глазах его виделось беспокойство. И Маруся на окно поглядывает, небось тоже о побеге подумывает. А по тому, как хмурится, ясно, что к выводам пришла сходным. Потому и подбородок поднимает. |