Онлайн книга «Змеиная вода»
|
Удержать улыбку получалось с трудом. А до поля доехали быстро. И Пашка первым выскочил, едва автомобиль остановился. — Пап! – заорал он. – Пап! Туточки к тебе! Из полиции! Князь всамделишний… Зима не выдержала и рассмеялась. — Вылезай, - сказала она, смахивая слезы. – Князь всамделишний… — Вот женюсь, будешь княгинею, - пригрозил Бекшеев. — Не пугай… выходит, что… — Не спеши с выводами, - Бекшеев выбрался. Поле находилось за деревней, даже видны были силуэты хат и распаханные огороды. Чуть в стороне бродили коровы, за которыми явно кто-то приглядывал. Остро пахло свежескошенною травой. Палило солнце. А Пашка уже висел на шее невысокого щуплого мужичка. В руке тот держал косу и что-то Пашке выговаривал. — Доброго дня, - сказал Бекшеев, осторожно ступая на поле. Над землей оставалась короткая щетка нескошенной травы. Слева трава уже успела чуть подсохнуть, и массивная женщина зачем-то шевелила её граблями. – Бекшеев. Алексей Павлович. А это Зима… — Из полиции? – мужчина разжал руки и велел. – Иди вон, раз прискакал, до лесу, поищи чего… — Так сушь же ж, - удивился мальчишка. – Там грибов не будет… — Иди. — А к Никитке можно? Он тама на колейке сегодня? — Можно, - вздохнул мужчина. – Иди… от неслух. Сказано было, дома сидеть. — Мальчишка же. — Вчера воды хлебанул ледяной, так с горлом маялся. От и оставили, чтоб… но, видать, прошло, - мужчина отложил косу. – Люба, ходь сюда… вы ж из-за Аньки, да? — Так сколько лет-то прошло! – возмутилась женщина, отирая раскрасневшееся от жары лицо. – Спохватилися… и не трогал он никого! Не трогал! — Люб… — Чего Люб? Сперва эта лекарчиха устроила. Срам перед соседями, до сих пор вон шечутся. А как Анька померла, так и вовсе… будто это он её убил. А никто её не убивал! — Змея кусила, - понимающе ответила Зима. — Да… тут… — Угомонись, - так же мягко, но строго произнес Иван. И проведя рукой по волосам, сказал. – Тут… моя вина-то есть… — Да какая вина? — Обыкновенная. Отец у меня… в общем… неспокойный был. — Тот еще ирод, - согласилась Любка, опираясь на грабли. – Это он Аньку поколачивал. А Ивана тогда вовсе тут не было. — Мы ж с Анькой сошлись, когда еще молодые совсем… ну… дело такое… раз погуляли, два погуляли… а потом и приключилась… это… ну… — Забрюхатела она, - Любка явно была в курсе всей жизни мужа. – А у Аньки родители строгие. Ну и пришлось им жениться. — Вот… я-то не то, чтоб вовсе не хотел… хотел, конечно. Я ж нормальный… не это… того… ну… понимаю, что раз такое… — Вести ему жену было некуда, - вмешалась Любка, и мужчина поглядел на нее с благодарностью. – Отец у Ивана всегда-то был дурноватым… уж извини, Вань. — Да чего там… — А как с войны вернулся, так и вовсе… Ванька тоже попал… — В последний год только, да и то вон… мало чего… — Поранили, - с гордостью произнесла Любка. — Случайно то… - Иван отмахнулся. – Дело ж не в этом… — Ага, нормальный мужиков побило, а всякие иродищи живые… ну, не могу я иначе! Он и жену свою вусьмерть забил. И Ваньку поколачивал. И вовсе… Ванька тогда попросил, мол, пусть Анька у своих поживет-то. Ну куда её-то к этому? А Ванька, стало быть, на контракту поедет. Предлагали ему, охранником в лагерь. Всего-то на годков пару. Деньгу давали хорошую… только ехать далеко. И опять же ж, куда брюхатую тянуть. А тут у ней и родня, и мамка… ну вот… |