Онлайн книга «Кицхен отправляется служить»
|
Люди. В форме. Правда, грязной, покрытой таким слоем пыли, что цвет её сделался неразличим, но всё-таки военной. И при оружии. — Вылезли! — рёв бородача, который выделялся среди прочих статью и наличием огромного ружья с алхимическим приводом, подтвердил предположения братца. — Все! Взяли и вылезли! Руки подняли! — Киц, нам стоит подчиниться? — уточнил Киллиан. — Мне не нравится этот человек. Он меня с мысли сбил. Я хотел сочинить оду в честь нашего прибытия. И споткнулся на слове «служить», потому что в голову приходит на рифму только «дружить». А это как-то… не то. По ощущениям. И у меня почти получилось нащупать верную мысль! А тут он! И орёт. — Сволочь, — согласилась я с немалой охотой. И спрыгнула. — Ишь, а говорил, что нет никого! — рядом с Ошином крутился ещё один, который не отказал себе в удовольствии отвесить мужику затрещину. — Врёт! Я тебе говорил, что врёт! Нехорошо! Этот был мелкий, с вытянутым крысиным личиком. И вёрткий, главное. Кучеров согнали вместе. Ага, и Скотину отловили, вон, тощий чахоточного типа молодец держит за узду, а Скотина не вырывается, кажется, сообразив, что места новые, люди с ним незнакомые, и потому можно рассчитывать на продолжение веселья. — Киц, а что мы будем делать? — уточнил Киллиан, выглядывая из-за моего плеча. Понятия не имею, я как-то раньше с грабителями не сталкивалась. Вот с нежитью всё просто и понятно: видишь — бей. А люди… люди — это сложно. — Эй вы там! Чего шепчетесь⁈ — крысомордый и нас заметил. — Шепчутся! А… а вы кто такие? — Некроманты, — ответил Ошин с какой-то непередаваемой гордостью. — В крепость везу! Так что ты в меня пукалкой своей не тыцай! Им такие от, как ты, дерезтиры, на один зубок… Крысолицы замер. А здоровяк с ружьём даже шаг назад сделал. Лица их вытянулись, и работа мысли стала прямо-таки осязаема. Кого они видели? Карлушу в запылившемся сюртуке и треуголке, что сбилась на бок. Лицо братца покрывали пятна, кое-где пыли, кое-где, как понимаю, пудры. А ещё он сгорел. И судя по ощущениям, не только он. У нас лишь Киньяр к солнцу врождённый иммунитет имеет. А Киллиан, надо полагать, просто лицо шляпой прикрыл. Мы же вот оба… что сказать, у Карлуши помидорный колёр кожи просвечивал и через пудру с пылью. У меня, чую, не лучше. Главное, что на серьёзных магов мы походили ещё меньше, чем Лютик на свинью. — Стоять, — тощий тип в плаще, накинутом поверх грязной формы, вырос за спиной Карлуши, одной рукой схватив того за плечо, а другой прижав к виску пистоль. — Только дёрнитесь и мозги вылетят… чай посмотрим, кто быстрее, магия или… Свинья. Лютик, до того сидевший на руках братца спокойно, как и положено воспитанной свинье-компаньону, повернулся к говорящему. Вздох. Смазанное движение. И дуло пистоля оказывается в пасти Лютика. А потом раздаётся такой вот отчётливый хруст. И главное, громкий-громкий. Звук этот заставляет Карлушу вздрогнуть… С детства он громких звуков боится. И терпеть не может, когда его хватают, особенно грязными руками — вот тут я, каюсь, виновата, хотя и не специально получалось. А руки у грабителя чистыми не были. И иммунитетом к выбросу тёмной силы он не обладал. А потому качнулся и рухнул к ногам Карлуши, заставив того поморщиться. Лютик же, вывернувшись из объятий, кувыркнулся в воздухе и приземлился на все четыре ноги, чтобы юркнуть под телегу. Спустя мгновенье раздался истошный визг: |