Книга Кицхен отправляется служить, страница 76 – Екатерина Насута

И две комиссии, включая ту, что прошла три месяца тому, это подтвердили.

Чтоб их всех…

Солдаты? Хорошо, если третья часть от положенного наберется. Да и те или старые, или калеки, или такие, что лучше б их вовсе не было. Офицеры? Ещё печальней.

Из двух десятков — четверо.

Один контуженный, которого по-хорошему давно пора на отдых отправить. Другой — игрок, что скрывается за стенами от кредиторов.

И два алкоголика со стажем.

Чудесно.

А главное, Трувор изначально даже не осознал глубину той задницы, в которой оказался. И с каждым днём желание бросить всё и сбежать становилось всё отчётливей.

Заявить о болезни. Или даже устроить её, что несложно. Сломать руку или ногу, или… не важно. Главное, что потом — в отставку. Внешне будет даже прилично. Только всё одно поймут. Станут говорить, что не справился. Что иного и нельзя было ожидать от баронета. Что у него нет представлений о чести, присущих древним славным родам, но откуда им у тряпичника взяться.

— И когда? — поинтересовался Трувор без особой радости.

— Так… это… — мальчишка подкрался поближе и выдохнул. — Ух ты… жуть какая!

Истинная жуть была не в пропасти, а в каменной громадине, которая медленно умирала. И Трувор даже чувствовал это, как будто взял и успел сродниться.

— Пополнение, — жёстко оборвал он.

— А! Так, сотню вот завтра, а потом ещё две! Тринадцатый иберийский…

Изрядно потрёпанный в схватках с прибрежниками? Переводят? Но хоть что-то. Правда, тотчас мелькнула мысль, что где из размещать, если одна казарма давно отошла под склады. Во второй протекала крыша, а дожди в горах случались и летом.

В третьей по углам буяла плесень.

Но ладно, склад можно разгрузить, он всё равно пустой, плесень вычистить, а крышу починить. Тем паче бойцы придут опытные, служившие и в куда худших условиях. А с ними, глядишь, и офицеры появятся. Куда хуже другое — чем их всех кормить?

Хотя, какие тут варианты? Овёс пареный цельный или овёс пареный дроблёный.

— Там ещё маги будут! — мальчишка вытянул шею, пытаясь разглядеть что-то за туманом, правда, при этом опасался подходить к краю.

— Маги? — Трувор обернулся. — С тринадцатым?

— Не! Они там вроде как самоходом. Ну, сами приедуть. Эта… оптограмма пришла! Со столицы! А я принимал. Не подумайте! Меня Клынь научил.

— А сам он?

Трувор даже не стал замечания делать, что не след называть офицера Киллиана ДеКао Клынем. Клынь — он Клынь и есть.

— Так… слегка того.

Нажрался.

Снова. И ругать бесполезно. А потому и остаётся, или сидеть без связи, или посадить на оптограф мальчишку, который едва-едва буквы выучил.

Но маги — это неплохо.

Это даже хорошо.

Или отлично? С магами из столицы всё пойдёт быстрее.

Взгляд переместился на пропасть.

— А что за маги не написали? — Трувор перебирал имена, пытаясь понять, кого и за что могли бы сослать в этакую даль.

— Написали, ага. Там это… много. Именов! Но я записал! У них фамилия одна! Каэр.

Желание шагнуть в туман стало почти непреодолимым. Как и, главное, чем он так прогневил Всевышнего⁈

Глава 18 Где речь идёт о некоторых особенностях местного промысла

Тихо, скрываясь в тени, нанося точные сильные удары, постепенно убивая свою жертву, пуская по её венам кровь…

Об очень коварных убийцах, которые нашли свой собственный уникальный метод.