Книга Кицхен отправляется служить, страница 144 – Екатерина Насута

Надо будет написать ей письмо.

И вина послать.

Купить и послать. Ей будет очень интересно. Любит она подобные штуки.

— Там всё сложно, — ответил он тэре Нове. — Но моя матушка от этого не стала ничуть менее доброй благородной и вовсе замечательной женщиной.

— Вы хороший сын.

— Да не особо, — впереди показались мостки. А рогоз снова зашевелился, выпуская свинью. Та и на задние лапы встала, то ли чтобы видеть лучше, то ли чтобы продемонстрировать Персивалю собственный наряд: из зеленого бархата, расшитого золотой нитью.

И главное, встала так, бочком, красуясь.

Всё-таки донельзя странные тут места. Вода. Солнце.

Вино это.

Не удивительно, что Персиваля ещё там, в столице, предупреждали, чтобы был осторожен. А он решил, будто сам всё знает. И теперь вот сидит, моргает, раздумывая, надо ли в докладе свинью упоминать. Или это всё-таки чересчур?

Не поверят же. Решат, что издевается. А ему капитан так и сказал, мол, ещё один залёт и всё, конец службе…

Персиваль усилием воли отвернулся и налёг на вёсла.

Нет, про свинью он писать не станет.

В конце концов, вряд ли она участвует в заговоре против короны.

— Кстати, вы не знаете, где здесь к берегу пристать можно? Чтобы отдохнуть? — уточнил он.

— Вы уже устали? — с насмешкой поинтересовалась тэра Нова.

— Что вы! Как можно! Для вас я готов вечность грести…

Теперь Персиваль уловил движение за мгновенье до того, как стена камышей расступилась, пропуская свиную морду в алом берете. Свин снова добрался до воды, привстал на задние ноги, демонстрируя роскошный, хотя и несколько изгваздавшийся наряд, а потом совершенно бесшумно исчез в зарослях.

Или сразу прабабке отписаться?

Спросить совета?

Пусть пришлёт что-то из своих, из особых зелий. Для ясности мышления и вообще, чтобы понять, не свихнулся ли он. Оставалось надеяться, что у подопечного день проходит веселей и продуктивней. Неплохой он парень так-то, но вляпался.

Почему-то неплохие парни вляпывались особенно часто. А вытащить получалось далеко не всех.

— А хотите, — предложил Персиваль, сообразив, что молчание несколько затягивается. — Я спою?

— Всевышний упаси, — тэра Нова вздрогнула и выставила перед собой зонт. — Давайте обойдёмся без угроз?

Да, странные они тут.

Весьма.

Глава 33 О намерениях, проклятьях и каблуках

Кагда она пришла влес то увидила, сто там в свете полной луны бежали волк и пес а чуть дальше какал олень.

Об ужасах, подстерегающих юную деву в чаще.

Киара придержал тело ухажёра и аккуратно подоткнул подушки, которые подала матушка. Слева. И справа тоже.

— А он точно не помрёт? — уточнил Киара.

— Не должен. Хотя, конечно, дозу я, похоже, не совсем правильно рассчитала, — матушка присела на корточки и, раскрыв веки, заглянула в пустой глаз. Поморщилась. Перехватила запястья. Замолчала, отсчитывая пульс. — Нет, всё должно быть в порядке.

— Герцог…

— Не твоего ума дело, — матушка расстегнула пуговицы. — Окно открой.

— Он мне заявил, что у него серьёзные намерения.

— Всё никак не успокоится. Давай позже. Времени у нас будет не очень много. Так что помогай. Подай, пожалуйста.

Матушка указала в угол комнаты. Её обтянутый тёмной кожей ящик стоял за диванчиком.

— Надо перенести его на пол. Ковёр сначала скатай.

Киара подчинился.

И даже не удивился, обнаружив под ковром рунную звезду, в углах которой матушка расставила свечи. Травы она также раскладывала сама.