Онлайн книга «Кицхен отправляется служить»
|
— Я одинок. Она одинока. Это ж прямо судьба! — Персиваль развёл руками. — Мы могли бы скрасить одиночество друг друга… — Да чтоб тебя, — Даглас ощутил острое желание отвесить идиоту затрещину. И, не будь здесь посторонних, отвесил бы. — Дамы, прошу простить. Персиваль уже удаляется. Ему очень жаль… — Что ничего не вышло… — влез тот. Издевается? Глаза тэры Новы нехорошо сверкнули, а над головой задрожал воздух. — Он ещё не протрезвел, — Даглас подхватил лейтенанта под руку и дёрнул. — Вот и не осознаёт, что натворил. Утром протрезвеет и раскается. Сомнительно. Но хотя бы извинения принесёт. Уж об этом Даглас позаботится. — Это всё алкоголь. Вино. — Вижу, что это действительно серьёзная проблема, — произнесла тэра Анхен, выходя из тени. — Истинно так, — Персиваль хотя бы не пытался вырваться, но и сдвинуть его с места не вышло. Медведь. И здоровый, и видно теперь, что эта здоровость — не от излишка жира. Вон, мышцы под шкурой перекатываются. Сам Даглас ниже. И тоньше. И более жилистый. Хорошо, что тэра Киара на крики не вышла. Точнее, даже замечательно, поскольку подобное зрелище не для глаз юной приличной особы, даже если она отлично разбирается в пуховых козах. — Персиваль давно бы карьеру сделал, если бы не истории, в которые он постоянно вляпывается. И всякий раз в состоянии… недостойном гвардейца, — Даглас понял, что сказал слишком уж много. — Ещё раз, дамы, приношу свои глубочайшие извинения. И обещаю, что он вас не побеспокоит, а завтра мы отбудем… — Дагги, дружище, — Персиваль переключил внимание и приобнял, сжимая. — Славный ты парень, но такой зануда… — Что ж, — тэра Анхен улыбнулась, но как-то так, что холодок по плечам побежал. — С этой проблемой я, пожалуй, помогу… Она встряхнула руки. И подняла. Поднесла ладонь к губам, сказав: — Отныне и до самой смерти быть тебе трезвым, — и дунула. Легонько так. Но в лицо ударил поток раскаленного воздуха. Персиваль отряхнулся. — Что за… Он моргнул. И ещё раз. Нахмурился. Ущипнул себя. — Дорогая, тебе не кажется, что это слишком жестоко? — очень мягко и осторожно осведомился герцог, на руку которого тэра Анхен и оперлась. У кого-то вчерашнее чаепитие завершилось вполне удачно. — Нет. Думаю, что молодой человек оценит. — Ведьма, — сказал Персиваль, дёрнул за руку и повторил громким шёпотом. — Даглас, да она ведьма! — Извините. — Не стоит, — тэра Анхен запахнула полы халата. — Я действительно ведьма. Урождённая. И хочу спать. — А я маг, — тэра Нова свила огненную плеть и щелчком выбила несчастный кивер из руки Персиваля. — На будущее прошу учитывать. А теперь пора спать. Мы привыкли завтракать довольно рано. И развернувшись, удалилась. За ней удалились и тэра Анхен под ручку с герцогом. И в коридоре стало пусто. — Какая женщина! — выдохнул Персиваль с восторгом. — Нет, ты видел⁈ Я ей понравился! — С чего ты решил, — Даглас поднял кивер и протянул лейтенанту. Кивер можно было считать испорченным — длинную дыру с оплавленными краями вряд ли получится заделать. — Она об меня веер сломала! — кивер Персиваль прижал к груди и погладил с нежностью. — Именно. — Ничего ты, Дагги, в женщинах не понимаешь! Она ж могла сжечь. И никто, заметь, слова не сказал бы. А она только веер сломала… кокетничает, значит. |