Книга Восток. Запад. Цивилизация, страница 214 – Екатерина Насута

Никто не понимает.

Кроме того, что мы связаны. От сотворения мира. От… слов, неосторожно произнесенных в старом храме. От крови, которая стала даром.

И то, чем бы оно ни было, тенью ли Творца, божеством ли, чем-то совсем-совсем непонятным, стало свидетелем клятвы.

Я рыкнула.

И щелкнула зубами перед драконьей мордой Чарльза, заставив его податься назад. А потом выдохнула пламя. Снова. И, оттолкнувшись от земли, расправила крылья.

Громкий рев сотряс землю, подстегивая. Ну же, выше.

И быстрее.

Туда, к ветру, который зовет погулять. К небесам. К миру, который удивителен, а главное, что огромен. И в нем точно хватит места для двух драконов.

Эдди успел отпрянуть, когда тяжелая драконья туша с неожиданным изяществом оторвалась от земли. Распахнулись крылья-паруса. Запахло раскаленным металлом.

— Это совершенно ненаучно, – произнес Бертрам. – Они слишком велики для полета. Тяжелы. И вообще, как он крылья-то распахнул?

— Вернется, и спросишь. – Эдди опустил дудку.

Сил не осталось.

Точнее, осталось что-то. Чтобы стоять. Смотреть на небеса, в которых кружатся два дракона, поднимаясь выше и выше.

— Теперь, как понимаю, проклятье ему не грозит? – уточнил Сент-Ортон, во взгляде которого восторг мешался с вполне понятной завистью.

— Тебе тоже. – Виктория Орвуд отерла дудку. – Я его окончательно… того.

— Тогда вы тем более обязаны выйти за меня замуж.

— С чего бы?

— Вы меня спасли!

— Я не нарочно.

— И лишили любимого проклятья! Я к нему, можно сказать, почти привык…

— Знаешь, – задумчиво произнесла Эванора. – Заносчивым засранцем он нравился мне как-то больше. Ой…

— Согласен.

— Я и другое повесить могу! – предупредила Виктория.

— Это будет не таким любимым, но я согласен.

— На что?!

— На все!

— Бертрам! Он ко мне пристает…

— Я с серьезными намерениями!

Балаган.

Полнейший.

И драконы в придачу. И главное, спрятать их не выйдет. Ишь, носятся… Милисента вроде как убегает, но не так, чтобы совсем уж убежать. Она тоньше. Изящней. И какая-то хрупкая, что ли. Почти как та женщина, которую Эдди держит.

Держит и выпускать не собирается.

Он перевел взгляд на ее макушку. Волосы опять растрепались, и в прядках запуталось перышко. Синее и яркое. Настоящее.

— Станешь моей женой? – тихо спросил Эдди.

Она вздрогнула и обернулась.

— Правда, я не то чтобы хороший вариант. И ты наверняка можешь найти кого-нибудь получше, но…

— Дурак. Шаман и дурак – плохо. – Мальчишка-сиу, до того сидевший настолько тихо, что про него Эдди и вовсе запамятовал, распрямился. – Руку. Дай.

Эдди протянул.

И костяной клинок вспорол кожу.

— Ты. Тоже. Если хотеть.

— Это не обязательно… – С руки катились капли крови. На траву. И кажется, Эдди понял. И не только он. Эва также молча протянула ладошку. И не поморщилась, когда клинок отворил кровь и ей.

— Вот так. – Сиу вытер древний артефакт пучком травы и сунул за пояс. Кого другого Эдди предупредил бы, что и порезаться недолго.

Эдди сжал нежную девичью ладонь.

И осторожно поцеловал.

— Я согласна, – тихо произнесла Эва.

Не ему, кому-то, кто смотрит на них с той стороны, кому-то несоизмеримо более древнему, чем Эдди, некромант и драконы. И даже чем тот, что остался на Изнанке.

— Отныне я твой муж.

И их услышали.

Эдди… ощутил присутствие. Да и не только он. Тихо и тяжко вздохнул Бертрам, заметив: