Книга Восток. Запад. Цивилизация, страница 151 – Екатерина Насута

— Вы правы. И я заявляю, что вы просто обязаны создать ей наилучшие условия для реализации потенциала!

Я прислушалась к себе. Нет, точно лучше. И намного. Жара не испытываю. А вот желание убить кого-нибудь осталось. И даже окрепло. Обрело, так сказать, плоть и лицо. Такое вот, нависающее авторитетом.

— Правильное питание. Режим. И покой. Полный покой!

— Полный покой только в гробу бывает. – Я спустила ноги с кровати. – А вообще мне лучше. Намного.

— Вы… – Целитель посмотрел на меня с искренним возмущением. – Вам не может быть лучше!

— Почему?

— Потому что вам плохо!

— Кто сказал?

— Я!

— Думаю, – Шелдон подхватил этого суетливого господина под руку, – нам всем стоит немного успокоиться… Да, вы переволновались за пациентку, но даже я вижу, что ей намного лучше.

А то.

Вообще похорошело, только в животе опять урчит.

— Не стоит смущать юную леди нашим присутствием… – продолжал профессор, за локоток увлекая целителя к двери. Причем держал крепко. Я видела, как целитель пару раз вырваться пытался, но профессор у нас цепкий.

Хорошо.

Очень хорошо.

— …Ведь причин для волнения нет, согласитесь. Жар отступил.

Я потрогала лоб.

И матушка потрогала.

— Это все от безделья! – Мамаша Мо тоже потрогала мой лоб. – Приличная девица была, а теперь вон в кровати до полудня. Стыдобище! Будешь так разлеживаться, муженек твой мигом к какой-нибудь ведьме свинтит.

— Это к какой?

— А вон, крутилась рядом. Будто я не вижу! Так и скажу этому нехроманту – где это видано, чтобы приличные девки перед чужими мужьями хвостом крутили?

И удалилась.

Чарли тоже вышел, еще с целителем, наверняка проследить, чтобы тот убрался подальше вместе со своими ценными советами.

А матушка помогла мне рубашку стянуть, от пота насквозь промокшую. И белье вон тоже промокло. И одеяло. Надо вынести на просушку, хотя, наверное, смешно будет? Если тут, рядом с домиком, рубашки вывесить?

Или нет?

— Думаю, там какое-то дело, – осторожно заметила матушка. – Юную леди Орвуд сопровождал ее брат.

Аж полегчало.

Не то чтобы эта девица так уж мне нравилась, наоборот даже, но если вдруг пришибу, то и у Эдди с сестрицею ведьминской разладится.

— Это она проклятье смотрела, выходит.

А я все проспала.

Эх…

— Погоди. – Матушка ушла, чтобы вернуться с кувшином и полотенцем. Ну да, от испарины отереться не помешает. – Что за проклятье?

И ведь не промолчишь.

Да и толку… я и рассказала. Про проклятье. Про племянниц ее. Про зелье это.

— А ведь и мне предлагали, – задумчиво произнесла матушка. – Одна старинная приятельница. Как-то на чай пригласила. Она в благотворительном комитете. И очень настойчиво эти капли мне пихала. Мол, весьма полезны для нервов.

— Но ты же не пила?

— Нет, конечно. Выкинула. Решила, что просто очередная модная глупость. Хотя вот… сплетни тревожат, конечно. Просто сплетни…

— Мама!

Я натянула рубашку. Жар как-то спал, но тепло осталось. И Силы внутри вроде как больше, но она спокойная, сытая какая-то.

— Сплетни всегда есть, – вздохнула матушка. – Разные. И я ведь надолго выпала из жизни общества. А потому во всем этом сложно разобраться. Фамилии вроде бы те же, а имена другие. Мелисса Хартвуд слегла, а у Эммы Тоттенхауэр – то ли чахотка, то ли что похуже. Просто имена. Молодых девушек. Кажется, она посетовала еще, что до зимы далеко, а они болеют. Именно. Что здоровье у нынешнего поколения слабое. Может, это и не связано…