Книга Почти цивилизованный Восток, страница 62 – Екатерина Насута

Тонкие пальцы.

Сеть морщин на смуглой коже.

— А вы… – Он глянул на Чарльза с укором. – Ходят слухи, что вы, молодой человек, имели неосторожность жениться… весьма вас с этим поздравляю.

Шприц нашелся.

Собрать, правда, получилось не сразу, пальцы дрожали, и потому, когда Нэнси просто забрала стеклянную колбу из рук, Чарльз не стал сопротивляться. Она ловко присоединила иглу и вставила поршень.

— Чудесно, милое дитя… вижу немалый опыт. Опиум?

— Я… иногда помогала.

— И этому бестолковому самоубийце? Чарльз, не притворяйтесь, что вас здесь нет. Подайте жгут и затяните… вот так.

Со жгутом он управился.

— Нет. Байни не кололся. До него… раньше… он хороший. Он не умрет? – В глазах Нэнси появились слезы, но стоило ей понять, что никто не обращает на них внимания, и слезы исчезли. – Он мне еще за этот месяц должен.

— Не знаю, не знаю… – Левас покачал головой. И нахмурился. – Чарльз, будьте добры поделиться со стариком…

Чарльз молча протянул руку.

— Вот тут держите… вливайте осторожно. Чую, Силы у вас прибыло. Оно-то, конечно, лучше бы мозгов. В следующий раз просите Бога мозгами дать… но пока давайте, вот, по капле… Вижу, от этого зелья вы воздержались… что за гадость?

— Н-не знаю. – Нэнси моргнула и шприц подала.

— Сами, голубушка. Сами… вот так, ручку ему согните, чтобы вены проступили, а дальше, думаю, справитесь.

Вены и вправду проступили на белой, какой-то влажной коже. Черные, они походили на червей, и Чарльз с трудом сдерживался, чтобы не отстраниться.

Силу.

Сила текла. По капле. Медленно. И Байни дышал. Грудь его вздымалась. Опадала. Сердце колотилось где-то там, внутри. А Левас замолчал. И это было плохим признаком.

Очень, очень плохим.

Ну же… Байни не может умереть! Не имеет права! Он обещал… и без него Чарльз не найдет этот треклятый аукцион. А ведь дело даже не в сестре Орвуда.

Дело…

Дело в том, что Чарльз должен. Что-то должен сделать, чтобы остановить все это безумие.

— Вот так… – Левас смахнул пот дрожащей рукой. – От меня так просто не избавиться, молодой человек… да, да… Милая дама, вы не будете столь любезны заварить чаю? И сахару, сахару побольше. А еще еды бы какой. Совершеннейшим образом не отказался бы.

— А это куда? – Нэнси показала шприц, наполненный темной кровью. Слишком уж темной.

— Будьте добры… там, в саквояже, есть футляр. Туда и положите. А еще поближе подвиньте. И таз какой-нибудь. Я, признаться, не сторонник кровопускания, но сейчас, боюсь, это просто-таки необходимо. И чай, несомненно… без чая никак. Чарли, подайте-ка скарификатор.

Кровь струилась по запястью, все еще бледному и словно лаком покрытому. Желтым грязным лаком. И набиралась в ладонь Байни, поскольку его пальцы застыли в полусогнутом виде, словно он и в бессознательном состоянии пытался ее собрать. А потом стекала меж пальцев в блюдо.

— Что с ним? – тихо спросил Чарльз, прикусывая губы.

Байни дышал. Много ровнее, чем прежде. Лоб его покрывала испарина. И веки слегка подрагивали.

— Мозговой удар. – Левас устроился на полу, сунув под зад одну из подушек, что на этом полу валялись. Узкие брючины задрались, выставив на всеобщее обозрение и носки, и подвязки, отчего-то зеленые. Зеленый Левасу не шел.

Хотя, конечно, странно думать о чужих подвязках для носков.

— Он же молодой.