Онлайн книга «Громов. Хозяин теней. 8»
|
Прям и не хочется узнавать, что там за способы. — То есть, если у кого-то из Романовых случается роман с… продолжением, то девицу отправляют в ту самую обитель? — Если она не имеет намерения сохранить дитя и вырастить его сама. В этом случае даму выдают замуж, или, коль она уже состоит в браке, помогают иным способом, — Алексей Михайливич вмешался в беседу. — В случаях иных и вправду девушка отбывает в паломничество, что не так просто. Эта обитель действительно особая. И список желающих посетить её столь велик, что приемных семей хватит не на одно столетие. Патриарх лично курирует это место. Нет у меня к местному Патриарху доверия. Вот совершенно. — Ребенок рождается и передаётся в другие руки… — И всё одно вносится в особый реестр. Поверьте, Синод хранит все имена особ нужной крови, начиная едва ли не со времен Михаила Романова. Бюрократия. Везде бюрократия. Даже в личной жизни государя. Хотя, может, оно и правильно. Одно дело, когда просто личная жизнь, и другое, когда из такого вот дитяти вылупится нечто крылатое и с мечом. — А вы, часом, в том списке не значитесь? — уточнил я, раз уж в голову пришла мысль. — Савелий! — Татьяна покраснела. — Это… — Не значусь, — а вот Слышнев всё правильно понял. — Это проверили первым делом. Собственно, тогда я о списках и узнал. Но нет, я не их крови. Хорошо это? Плохо? Хрен его знает. — То есть, за всеми Романовыми втихую следят, и за детьми их тоже? Красиво звучит, но… Что-то слабо верится. Нет у них таких возможностей, чтобы прямо круглосуточное наблюдение организовать. Ладно, за великосветскими барышнями будет кому присмотреть. Или вот за балеринками. Или ещё какими более-менее постоянными пассиями? А вот что делать со случайной страстью? Скажем, настигла в дороге, девицу за уголок уволок… Дурь какая в голову лезет. — А за детьми детей тоже следят? Внуками? Или вот правнуками? — За внуками приглядывают. Обычно приходской священник. Ему дают задание, не вдаваясь в подробности. Скажем, обратить внимание, наблюдать. Он и наблюдает, шлёт отчёты время от времени. Обычно такое наблюдение ничего не даёт. Кровь просыпается крайне редко, а уж когда речь о правнуках, так и вовсе ни одного случая не зафиксировано. Слышнёв говорил уверенно. — Это потому что дитя, рождённое вне брака, всегда будет слабее законного, — пояснил Михаил Иванович и к Мишке повернулся. — Когда речь о Романовых. Для них клятва брачная — это не просто слова, это просьба о благословении, которое даруется свыше. И такое благословение позволяет усилить и сохранить кровь, отсекая побочные ветви. Чтоб вас. А идея-то хорошей была. Может, поэтому и не отпускает? Вертится в голове, что не всё-то можно учесть. А если… если речь идёт об интриге, в которой явно кто-то из благочестивой семейки замешан, то не получится ли так, что он заведет себе потомство, которое отдаст на эксперименты? Нет, цинично. Слишком уж цинично. Или… не своё? Подведет к брату-свату или ещё какому родичу правильную девицу, которая после не в монастырь отправится, а… и Синод о ней не узнает. В Синоде давно уже неладно. Только это на словах. Слова же попробуй-ка докажи. И не буду. Промолчу. Тот случай, когда молчание — самый лучший выход. — Хорошо, — выдыхаю. — Давайте дальше, а то у меня уже башка трещит от этих откровений. |