Онлайн книга «Хозяин теней 4»
|
— Спасибо. Только, можно нормальной еды? — Хочется? — Ещё как. — Каши, — подумав, разрешил Николай Степанович. — Жидкие супы. Попробуем паштеты, особенно печёночный. Но ничего жирного. Не обманывайтесь, Алексей Михайлович. Голод в вашем состоянии естественен, поскольку тело требует сил, но всё же оно не настолько здорово, чтобы принимать обычную пищу. Ваш кишечник… — Давайте в другой раз, — попросил Алексей Михайлович, на нас покосившись. Ну да, нам-то про его кишечник знать не стоит. Кишечник — это вообще дело сугубо личное. — Конечно. Извините. Увлёкся. Попробуем питание частое, а там будет видно… так, молодые люди вам оба нужны? — Нет. Только вон тот симулянт. — Я не симулянт, — возмутился я, пытаясь свернуть бинт. Здесь не принято разбрасываться материалом. Так что бинты отправят в прачечную, где вымочат, выстирают и вернут в госпиталь. А там уж придёт время и пригодятся. — Я не нарочно. — Тогда вас, молодой человек, прошу на процедуры… — Николай Степанович подтолкнул Метельку в спину. — Грязи ждут, к тому же согласен с многоуважаемой Татьяной Ивановной, что тёплая минеральная вода… Договаривал он уже в коридоре. И дверь прикрыл. Я же, оглядевшись, подтянул стул поближе к кровати. Оно и вправду, не орать же. А палата преобразилась. Вон, на полу ковёр появился. Ещё один — на стене подле кровати, чтоб от стены холодом не тянуло. На окне — занавесочки. Стол скатертью укрыт, на которой, правда, не самовар с фарфором, но стопки каких-то бумаг, папки, короба… — Что ж, теперь я обязан вам жизнью, выходит, — Алексей Михайлович потрогал лицо. Белое, к слову. Не совсем такое, как Татьянкины руки, но всё одно какой-то неестественной белизны. — Выходит, — не стал отнекиваться я. Иные долги нам полезны будут. В смысле, Громовым. И союзники нужны. Это не те времена, когда в одиночку чего-то навоюешь. — Расскажешь? — А вам ещё не доложились? — Доложились, — Алексей Михайлович усмехнулся. — Вот только понял я не так, чтобы много. Карп и сам в некоторой растерянности. Ага. Два раза. — Тогда давайте я с самого начала? Ну, чтоб потом не отвлекаться, — я поёрзал. На здешний стул чехол натянули. И подушечку положили расшитую, для мягкости. И сидеть куда удобней, чем в том кресле на колёсах. Рассказываю. Спокойно. Если не в первый раз, то оно как-то даже вполне толково получается. А Слышнев слушает найвнимательнейшим образом. Только щурится, что твой кот. — Фух, — я договариваю. Ну, почти. Спохватываюсь только. — Тут это… ваше выздоровление не всех обрадует. — Твоя правда, — Алексей Михайлович задумчив. — Оно уже как бы не радует. Тут вон одни товарищи справлялись. И возможно, добивать придут. А возможно, что и нет… Про нынешнюю встречу в парке тоже говорить приходится. — Интересно, — выдаёт Слышнев. — Савелий, а ты не мог бы выглянуть? Скажи, пусть Карпа кликнут. И Михаила Ивановича тоже… — Совет держать будем? — А то… Выглядываю. И передаю просьбу. И странно, но казак, поставленный у дверей палаты, кивает, будто нисколько не удивлённый, что просьбу эту передаю я. Вот что значит дисциплина. У меня никогда так не получалось. Алексей Михайлович тем временем с кровати слез. Стоит в белой рубахе с белой рожей и сединой в волосах, покачивается. Чисто привидение. — На подвиги тянет? — уточнил я и подошёл. А то ещё грохнется ненароком, физию сиятельную повредит. И кого виноватым сделают? |