Книга Громов: Хозяин теней 3, страница 127 – Екатерина Насута

— Надо бы приглянуть, — Еремей принёс и дрова, сложенные под крышей. — А то мало ли…

Ну да, если не хозяева, то кто-то из постоянных гостей заглянуть может. А нам оно без надобности.

— Я тени оставлю, — говорю, разматывая мокрые тряпки. Холод пробирал до костей. И ног почти не чувствую. Ладно я, Тимоха вон тоже ноги вытянул, побелевшими пальцами шевелит и улыбается.

Чтоб…

— Надо согреться.

А ещё планы пересмотреть в сторону корректирующей их реальности. До Переплутова, куда метили изначально, не дойдём. Летом — да, но ещё один такой переход, и мы все, если не потонем, то замёрзнем насмерть.

Татьяну мелко трясёт. Мишка уже разул её и замер, глядя растерянно.

— Надо переодеть.

Одежду мы взяли. И одеяла.

Еремей вон с очагом возится, спешит. У самого руки синюшные, пальце едва сгибаются. Но ничего, огонь согреет. Домик маленький, людей много, тепло наберется быстро. А там и водички можно погреть.

— Переоденем, — я подсел к Тане. — Ты её в сознание приводи.

— Сейчас?

— А когда?

— Но…

Мысль Мишке не нравится.

— Можно и дальше играть в милосердие, но сам понимаешь, ты её не унесёшь.

Благо, вымотался братец настолько, что и возражать сил не нашлось. Таньку он тащил упрямо, да только всё одно хватило ненадолго. Последний час пришлось просто вести, за ручку, как Тимоху.

— Еремей тоже не годится. Как и я. Тимоха… ну он сам едва на ногах держится.

Это ещё приступ не свалил, иначе вообще кабздец был бы.

— Давай. Рано или поздно, всё одно придётся. А так она и идёт едва-едва, и случись чего, просто не успеет отреагировать.

А случиться может всякое.

И Мишка понимает это лучше моего. Вздыхает. Морщится.

— Тут вон и проще. В тепле вот. Спокойствии.

— Сначала переоденем, — соглашается Мишка. — И руки надо бы перебинтовать. А потом я попробую обезболить.

Взгляд отвёл. Понятно, не уверен, что получится. Ну да мокрые штаны вдвоём стянули. А вот вязаную кофту не трогали. Вроде не вспотела. Штаны надо выкрутить, с них вон капает чёрная болотная вода. И тряпки как-то приспособить, чтоб за ночь высохли. И в целом-то.

Очаг разгорался медленно. Дрова за осень отсырели, потому и дымили. Дым этот уходил в узкую щель, оставленную в крыше, и наверняка, был виден издалек, но тут без вариантов.

Таньку завернули в одеяло.

И Мишка, вздохнув, глянув на меня, будто я тут чего-то да мог сделать, пошевелил пальцами. Я же вытащил из рюкзака флягу. Вот… воды мы тоже взяли, но как-то не сказать, чтобы много.

— Погодь. Болотная сойдёт. Сырцом пить не особо, но есть тут кое-что… — Еремей откинул крышку сундука, закопавшись в содержимом. — Горячего поесть надо бы.

Надо.

И есть вяленое мясо. Есть сало. Хлеб. Всё есть. Но не хочется. Такое осоловелое состояние, когда тянет просто упасть и закрыть глаза. Всё же Савкино тело, пусть и стало чуть сильнее, но не настолько, чтоб сегодняшний переход дался без последствий.

Нет уж.

Встать.

И придержать котелок, над которым Еремей крепит железную штуковину.

— Это аккурат, чтоб с водой не мучится. Внутри уголь толчёный, он большею частью заразу и примет. А так-то чистою совсем не станет, но в целом пить можно.

Фильтрация подручными средствами?

Отличный вариант.

И Еремей льёт воду из ведерка. Да, домик точно обжитой. Всё-то тут имеется для хороших людей.