Книга Сводные. Люби меня, страница 49 – Катерина Пелевина

— Ой, батюшки. Ну, у нас домов брошенных предостаточно. И в той стороне, и в той. И даже на нашей улице.

— А Зайцева вы не знаете случайно?

— Нет, не слыхала. Но ты, знаешь что. Туда езжай. В ту сторону. Там больше всего пустых домов.

— Хорошо, спасибо.

— Дай Бог, чтоб нашлась... Я молиться буду.

Уезжаю, и всего колотит. Не могу успокоиться. Весь на нервах. Снова ору. Еду в какой-то максимально нищенский закуток. И вижу дым... Дохрена много дыма. У меня сразу в глазах темнеет. Зову её во всю глотку и бегу внутрь.

Снимая массивный засов с двери, чуть ли не давлюсь густыми клубьями дыма. Рыская по помещению, слышу кашель. Приседаю и кое-как удаётся наткнуться на её бездыханное тело в этой плотной дымке.

Что примечательно… Огня нет. Дом вроде как не горит. Только задымление.

— Мира... Мира, сейчас. Не дыши этим. Не дыши, маленькая.

Она в полуобморочном состоянии. Если бы не поехал... Не нашёл бы и умерла... Умерла, блядь... Умерла. У меня от этой мысли все волосы дыбом.

На полусогнутых вытаскиваю её на улицу, подальше на свежий воздух.

— Дыши, Мира... Дыши.

Она задыхается. Я бегу и долблю по заборам. Все, сука, как вымерли.

— Скорую вызовите!!! Врача надо, врача!

Кто-то выходит. Прётся какая-то тётка, видимо, фельдшер. Я пытаюсь привести Миру в чувства. Женщина помогает.

— Вызвали скорую. Не кричи. Надышалась она. Нужно ИВЛ. Приедут скоро. Здесь недалеко.

Я готов волосы на голове рвать. Но ей не поможет. Ни массаж сердца, ни искусственное дыхание не приводит в чувства. Она как лежала без чувств, так и лежит.

И, наконец, я слышу спасительный писк мигалок.

На неё нацепляют маску. Поступает воздух. Она всё ещё без сознания, но я запрыгиваю следом в машину. Держу её прохладную руку. Не могу отпустить.

— Мира... Девочка моя... Пожалуйста, очнись. Прошу тебя. Очнись, малыш. Я здесь. Рядом.

— Парень, побольше пространства. Сейчас довезём. Как вообще получилось?

— Похитили её. Я нашёл уже в дыму.

— Ментов придётся вызывать.

— Они уже в курсе. Задержали похитителя.

— Понятно. Дашь показания на регистрации.

— Вы мне её главное спасите. Вот, — протягиваю им деньги, но они отмахиваются.

— Не. Без этого. Гиппократ. Нельзя нам.

— Мирааааа... Не оставляй ты меня. Я сдохну без тебя... Малышка.

Мы доезжаем. Её забирают. Я звоню Ольге. Даю показания, что, где, как и почему. И остаюсь в длинном коридоре сельской больницы. У меня трясутся руки. Я весь как на иголках. Внутри всё разрывает на части.

Пожалуйста... Если ты есть, и ты слышишь. Верни мне её. Не забирай. Она и так у меня очень слабенькая…

Но ни мои молитвы, ни бормотания, ни маты, кажется, никто не слышит… Ничего не происходит, состояние Миры не меняется. Зато у меня, кажется, меняется мировоззрение.

Через час приезжает Ольга и отец.

Я смотрю на него волком, и он всё понимает. Если бы я ждал... Её бы уже не было. Потому что там всё было в дыму. Она бы просто задохнулась.

И не было бы у меня больше второй половины. Той, которую люблю, сука, больше себя самого.

И, наконец, к нам выходит врач.

— Она пришла в себя... Кто-нибудь один.

Я тут же подрываюсь с места. Её мама даже слова не говорит. Хрен я кого пропущу. Мне самому надо.

— Заходите...

Меня запускают, и я вижу потухшие глаза своей девочки.

Но она живая... Целая… Дышит. Это уже счастье.