Книга Сводные. Люби меня, страница 46 – Катерина Пелевина

— Какая же ты сволочь. Это был ты?!

— Я. И был бы снова. Мне пришлось воспитывать его дочь, пусть платит!

— Я — твоя дочь! К сожалению! Потому что Дамир делал ДНК — тест. Азхар мне никто!

— Даже если и так. Мне нужны бабки. И у меня много что на него есть. Как думаешь? Люди сильно обрадуются информации, что он изменял своей жене, будучи в браке? Разве такого захотят допускать к власти? Конечно нет. А деньги он мне даст охотнее. Так что давай. Жду тебя возле универа в машине.

— И что мы будем делать?

— Спрячем тебя. Подальше и поглубже. Чтобы не нашли. Пришлют деньги, и я тебя отпущу.

— И сколько ты снова хочешь? Если тебе не хватило пятнадцати миллионов???

— Какая разница? Они за тебя и душу продадут... Я правильно понял, что тот мальчишка в тебя влюблен? Этот... Его сын. Дамирчик. Мать его за ногу. Такая же шкура, как твоя мать. Ведомая на эту помесь.

— Фу, мне тошно тебя слышать!

— Всё, Мирослава. Жду тебя в тачке.

Он уходит, а меня трясёт. Я его так сильно ненавижу, но не могу же я так подставить родных... Что мне остаётся? Если он реально сольёт всё это. Фото, письма... Азхар и впрямь может забыть о своей карьере.

Поэтому и только поэтому я следую его инструкции. Вырубаю телефон и тащусь в его машину. Надеюсь, что он передумает. Мне удастся убедить его или типа того. Всё-таки я его кровь. Как бы я не ненавидела это родство.

— Реально, Мира. Как ты могла? С этим...

— Он самый лучший человек на свете и не смей о нём так говорить.

— Лучший потому что богатый, да? Едва заехала в его дом, так сразу начала с ним спать. Надеюсь, хотя бы с папочкой не развлекаетесь.

— Какой ты... — морщусь и отворачиваюсь к окну, пока едем. Мне хочется помыться от его слов. Я прекрасно понимаю, почему мама выбрала Азхара. Не понимаю одного, как она могла связаться с отцом.

— Твоя мамашка испортила мне всю жизнь. Сломала меня. Я её буквально ненавижу. Как была тупой шалавой, так и осталась. И дочь такой же вырастила.

— Она не такая. Мама растила меня, пока ты бухал. Пока к нам приходили и искали тебя. Из-за тебя у меня была ЧМТ. Из-за тебя я боялась мужчин. И только Дамир смог вытянуть мой внутренний мир наружу. Он помог мне раскрыться. Помог почувствовать.

— Подробности своей личной жизни держи при себе, Мирослава. Мне тошно от того, что моя дочь таскается с чуркой.

— Пошёл ты! Он не чурка, националист ты хренов! — повышаю голос и тут же получаю подзатыльник от любящего отца.

Закрываю глаза от тупой боли в затылке.

— Закрой рот, Мира. И не смей на меня огрызаться. Иначе я точно что-нибудь сделаю. За себя не ручаюсь. По-хорошему бы и матери твоей треснуть. Ещё родила ему... Сучка.

— Ты только и можешь, что трескать. Бить слабых — это в твоей крови. Мало тебя Дамир тогда избил. Мало.

— Мира, — угрожающе цедит отец. — Лучше помалкивай. Не надо со мной воевать. Потому что тебе же будет хуже. И не поможет тебе никто. Потому что пока не доедем до места, они ничего даже не узнают о твоём исчезновении.

— Я ненавижу тебя, — признаюсь искренне. — Надеюсь, ты это осознаёшь.

— Надеюсь, ты осознаёшь, что мне насрать. Я не верю даже ни в какие тесты. Твоя мать могла таскаться со всеми подряд. Потому что шлюха. Вот и весь сказ.

Как же меня от него трясет. Ему место в тюрьме. Среди таких же преступников. Воров, лгунов и урок, как он. Ещё и алкоголиков. У него нет ничего святого. Мы едем в какую-то деревню неподалёку. Он отбирает у меня телефон и запирает в каком-то сарае.