Книга Мажор и заноза. Нам нельзя, страница 2 – Ника Княжина

Плетусь по проходу, ощущая, как рюкзак наливается свинцом, а толстовка душит. Парты по бокам расплываются, словно в густом тумане. Кое-как добираюсь до стула и падаю на него, автоматически выкладывая перед собой учебник, ручку, тетрадь.

Дыши, Алёна, дыши. Вдох-выдох. Тихо. Превратись в невидимку.

Может, я всё-таки ошиблась и они меня не заметили? Может, пронесло? Может, это ещё не конец света? Ага, размечталась. Мы в одной группе. Мы сокурсники, чёрт побери! И теперь видеться мне с ними ближайшие несколько лет!

Сзади доносится шипение. Будто тихий, змеиный шёпот, от которого по коже бегут мурашки, а в животе скручивается ледяной узел.

— Смотри-ка, кто к нам пожаловал… Наш личный призрак решил материализоваться, – говорит тихо, но вкрадчиво, так, что слышно каждое его слово.

— Призракам здесь не место, – отзывается второй. – Их нужно изгонять, правда, Тихон?

Их голоса отдаются вибрацией в каждом позвонке, словно по мне ударили электрическим током. Меня начинает подташнивать от страха. Вжимаю голову в плечи, уставившись в какую-то точку на доске. Пальцы нервно подрагивают, сжимая ручку до побелевших костяшек.

Не надо реагировать. Они поболтают и перестанут. Ничего не случится со мной. Мы в аудитории, среди нескольких десятков студентов. Они не посмеют.

Но тут происходит то, к чему я совершенно не готова.

Чья-то тяжёлая, обжигающая рука грубо хватает мой пучок, собранный на затылке. Резкий, болезненный рывок – и меня отбрасывает назад, спиной впечатываюсь в их стол, будто я – поданный на завтрак десерт. Я невольно ахаю, и мир переворачивается вверх дном.

Теперь я смотрю в перевёрнутое лицо одного из Тормасовых. Его тёмные, почти чёрные глаза, полыхают прямо передо мной, в сантиметре от моих, и в них я вижу только презрение.

Он наклоняется так близко, что его губы касаются моей мочки уха, а горячее дыхание опаляет кожу.

— Привет, Тенина, – его шепот густой, пропитанный искренней ненавистью. – Как там твой папаша? В тюрьме не скучает? А ты тут… такая вся нарядная, пышущая здоровьем и радостью… – Он дёргает за волосы сильнее, заставляя меня судорожно вздохнуть. – Ну, устраивайся поудобнее, Тенёчек. Тебя ждёт удивительная новая жизнь. Привыкай.

Тормасов снова приподнимается надо мной, и несколько мгновений мы смотрим друг другу в глаза. И я понятия не имею, что он выкинет ещё. Прямо здесь. На виду у всех сокурсников, которым, кажется, вообще плевать на всё происходящее…

Он отпускает меня так же резко, как и схватил. Моя голова возвращается в вертикальное положение. В ушах звенит. Щёки полыхают, сердце снова сходит с ума. Я сижу, словно парализованная, не в силах пошевелиться, и отчаянно пытаюсь проглотить ком, застрявший в горле.

А внутри всё кричит, воет, разрывается на части.

Они не просто враги. Они – мой новый, персональный ад. И он только начинается…

Наступает перемена, а я мечтаю о лекциях без перерывов – чтобы шли одна за другой, как в лихорадке. Тогда этот кошмарный день закончится быстрее, тогда я смогу вернуться в общежитие, забаррикадироваться там и думать, как, чёрт возьми, жить дальше.

Мысль воспользоваться предложением брата, как никогда, сейчас привлекательна. Но у него же семья… Не хочу быть пятым колесом в их идеальном семейном внедорожнике. Брат давно женат, у него умница-красавица жена и двое очаровательных сорванцов. Ну куда там ещё меня, с моим багажом проблем?