Книга Ложь между нами, страница 44 – Мария Коваленко

— Если ты не заметил, вокруг люди. — Облизываю губы, запоздало понимая, как это смотрится.

— Похер! — вгрызаясь в мой рот, шепчет Клим. — Пусть завидуют. — С глухим стоном он проталкивает внутрь язык и слетает с катушек.

Это как ураган... Тропический. В центре Питера. Приличной части меня тут же становится стыдно. Я никогда не целовалась на улице и даже мужу не позволяла лапать меня на виду у прохожих.

Я была скучной девочкой из интеллигентной семьи и, наверное, такой же скучной женой. Но наглые руки Хаванского и его потрясающие губы уверенно глушат все попытки стать прежней.

Меня стопорит от жара и твердости. Нервные окончания горят от острого желания прикасаться к этому мужчине и чувствовать его возбуждение.

— Я трахал тебя во сне обе эти долбаные ночи, — оторвавшись, признается он. — Клинило так, что даже ледяной душ не спасал.

— Неужели не нашлось кого-нибудь, чтобы облегчить страдания? — Вконец осмелев, проталкиваю руку между нашими телами и трогаю пальцами напряженный пах.

— Не хочу больше никаких заменителей. — Клим крупно вздрагивает и с шумом втягивает в легкие воздух. Не стесняясь и не прячась. Позволяя видеть, какое удовольствие приносят мои ласки.

— Заменителей?.. — Я сглатываю.

Еще одна безумная догадка попадает в общую копилку.

— Да, Диана. — Он кладет ладонь на мой затылок. Снова притягивает к себе и, глядя в глаза, повторяет: — Хочу трахать только тебя! Твой рот, пока не вытрахаю все «нет». Твою вагину, пока не забудешь всех своих мужчин. Всю тебя!

В его обещании нет ни капли романтики, а во взгляде — ни грамма мягкости. Но, словно именно это мне и нужно, я сама прикасаюсь к губам Клима. И целую.

* * *

— У меня ощущение, что мы попали куда-то не туда. — Стараюсь не смеяться, разглядывая меню одного из лучших ресторанов города.

Это непросто. С нервами все еще беда. У головы — эротическая контузия.

Клим все же довез нас до места назначения, только сейчас задумка с ужином уже не кажется мне такой удачной.

— Не туда. — Хаванский даже не пытается облегчить мою участь. — В кровати было бы намного лучше.

— Клим... — Чувствую, как в нашу сторону оборачивается сразу несколько гостей.

— Но имя мое ты выговариваешь все лучше! — Он будто никого не замечает. — Правда мне больше нравится, как ты его шепчешь. — Мерзавец улыбается так, словно только что сорвал джекпот.

— Кажется, еще пара признаний, и весь ресторан будет в курсе твоих предпочтений.

Я обмахиваюсь меню как веером.

— У меня лишь одно предпочтение.

— Скромный. — Бросает в жар.

— Скромность придумали для идиотов. Я выбираю честность. В первую очередь с самим собой.

— И что же это за предпочтение?

Догадываясь, каким будет ответ, отвожу взгляд. Любуюсь костюмом певицы на сцене, рассматриваю инструменты... И краем глаза замечаю за угловым столиком знакомую девушку.

Когда Клим говорит «Ты», я уже почти ничего не слышу. Открытие слишком неожиданное. Улыбка сама стекает с губ, а за грудиной екает.

Всю прошлую неделю я сходила с ума от паранойи. Казалось, что и шага не могу ступить без своей новой тени. Лишь последние два дня забыла о ее существовании.

И вот опять.

— А эта девушка... — Отложив меню, поворачиваюсь к Климу и указываю на угловой столик. — Ты ее случайно не знаешь?