Книга Я тобой переболею, страница 27 – Мария Коваленко

И срывается.

Целует — уже по-настоящему.

Одержимо, грубо… так, будто ждал этого не день, не неделю, а несколько лет.

Истязает мои губы своими. Жестко, всерьёз! Вытягивает душу голодным напором. Переплавляет все извилины в один вязкий комок из желания и радости.

От восторга я не чувствую боли в лодыжках. Поднявшись на носочках еще выше, выгибаюсь в сильных руках. Позволяю гладить меня, сминать одежду и обжигать кожу самыми интимными прикосновениями.

Забыв смущение и страх, разрешаю все…

Становлюсь для него взрослой. Такой же жадной и такой же дерзкой.

Умираю от потребности в близости и задыхаюсь от счастья.

Весь прежний опыт меркнет и превращается в жалкую пародию на чувства. Всё тело откликается на жадную ласку. Каждое нервное окончание горит огнем. А за ребрами щемит… требует, просит.

Еще и еще!

Смелее и дальше!

Это словно не поцелуй, а что-то большее. Несравнимое со всеми поцелуями Ромы.

Настоящее.

Важное.

За гранью ощущений и эмоций. Реальное, как жажда и голод. Остро необходимое нам обоим.

— Останови меня, Поля, — голос Захара скрипит как измученный засухой лес. — Пожалуйста, просто скажи «нет».

Он укладывает меня на кровать и накрывает сверху своим большим мощным телом.

— Пожалуйста… да, — шепчу, улыбаясь как дура.

— Совсем без тормозов? — быстро целует в щеку. Ведет губами по подбородку и ключице. Находит на шее такие чувствительные точки, о существовании которых я и не подозревала.

— Хочу быть с тобой… — Всхлипываю от ноющей боли внизу живота. — Мне нужно!

— Ты не знаешь меня! И лучше тебе не знать! — Захар вжимается бедрами в мой живот.

Без слов показывает, насколько сильно он заведен.

— Я еще ни с кем… — признание приходится вытягивать из себя почти насильно. — Я ни с кем не была.

Пятки скользят по одеялу в стороны. Не могу больше ждать.

— Поля…

Захар замирает. Все его тело каменеет от напряжения.

— Стань моим первым.

Не веря, что произнесла это вслух, я тянусь к его шее. Пробую на вкус соленую кожу. Жду, когда Захар снова оживет и исполнит мечту одной глупой девчонки.

Боясь дышать, смотрю в его глаза.

Надеюсь.

Молюсь.

Верю…

— Это очень плохая идея. — Захар на миг закрывает глаза и, словно борясь с собственным телом, отстраняется.

— Нет! Не уходи… Прошу… — умоляю жалобно.

Кажется, я вот-вот разревусь. Но Захар больше не реагирует. Опустив голову, он садится на край кровати. Проводит ладонями по коротким волосам. И встает.

— Почему? — рвется из груди очередной бессмысленный вопрос.

— Я худшая кандидатура на роль первого. — Подходит к двери и, не оглядываясь, опускает ручку.

— Можно… — губы дрожат. — Я сама решу, кто подходит, а кто нет?

На глаза наворачиваются слезы, а за грудиной все трещит и ломается.

— Тогда выбери другого. — Распахивает дверь. — Того, о ком не будешь жалеть потом, — бросает напоследок и оставляет меня в одиночестве.

Полина

Следующая неделя напоминает месяц жизни в Роминой квартире. Жанна больше не приезжает. У Арины важный заказ и работа. А у Варвары — короткий отпуск.

Как и в квартире Ромы, я снова переключаюсь на режим «Хатико». Жду новостей, ни с кем не общаюсь и дико скучаю.

Единственный, кто остался в доме — Захар — почти всегда отсутствует. Уезжает, когда я ещё не проснулась. Возвращается глубоко за полночь, когда я уже вижу сны. Не звонит днем, не заглядывает ко мне в комнату по ночам, не пробует еду, которую я каждый день готовлю для него по рецептам Варвары.