Книга Я тобой переболею, страница 14 – Мария Коваленко

Я уже отворачиваюсь к машине, как внезапно в кармане начинает вибрировать телефон.

Смотрю на экран — номер чужой.

Открываю… Грудную клетку будто пробивает насквозь шальная пуля.

«Мне нужна помощь. Пожалуйста. Полина».

Мгновенно врубаюсь, кто это. Не такое уж распространенное имя — Полина, чтобы спутать. К тому же мой личный номер есть лишь у единиц. Для остальных существует Кирилл и три его телефона.

— Сейчас номер скину. Пробей, кому принадлежит, — командую заму, даже не оборачиваясь.

— Понял. Жду.

Кирилл отходит от машины. Быстро связывается с охраной. И уже через минуту идет ко мне.

— Роман Потапов. Сын Василия Потапова, владельца банка «Альянс-Капитал», — отчитывается Кирилл. — Пеленговать?

— Да. Скажи парням, чтобы пасли. Мне нужно контролировать любые передвижения.

Смотрю в темноту, где фонари машины освещают густой куст и обрывки старой сетки-рабицы.

А ведь я уже и не думал, что девчонка напишет. Месяц прошел. Иногда самому казалось, что не было никакой встречи, что показалось. Но нет…

— Все, ведут, — отчитывается Кирилл. — Телефон сейчас движется из центра города на окраину. Судя по направлению — в дом старшего Потапова.

— Пусть едут. — Сжимаю и разжимаю кулаки. — Я пока свяжусь кое с кем повыше.

Нахожу в контактах номер своего соседа по даче Геннадия Романовича Рогова — ныне скромного пенсионера, заядлого рыбалова, охотника и собачника, а в прошлом — одного из зампредов Центробанка.

К моему счастью, старик не спит. Берет трубку после второго гудка и сразу же бодро здоровается.

— Захар Олегович, приветствую! Какие люди! Стряслось что?

— Стряслось, Геннадий Романович. «Альянс-Капитал». Знаете такой?

— А как не знать! Отжать у них что-то хочешь? — Старый волк и на пенсии не растерял хватку.

— Хочу, но не банк. Нужно вытащить одного человека. Сами не отдадут.

Говорю, как есть. За эту услугу мне еще придется заплатить, и лучше, чтобы из личного кармана, а не за счет служебных полномочий.

— Хм… Ничего себе у тебя запросы.

— Особый случай.

— Ну, раз особый… Кто я такой, чтобы отказать в услуге заместителю мэра. — Рогов довольно крякает. — Сейчас свяжусь, с кем нужно. Позвонят твоему Потапову. Как пришлю отмашку, можешь ехать.

— Спасибо, Геннадий Романович. В долгу не останусь. — Отбиваю звонок. И принимаюсь ждать.

* * *

Усадьба Потапова встречает меня тишиной. Слышно, как под ногами хрустит мелкий гравий, и где-то среди елок каркает всполошенная ворона.

Идеальное место, чтобы расслабиться, отдохнуть от городской суеты. Однако сегодня в моих планах другое блюдо — устроить здесь переполох.

Охрана Потапова открывает ворота без единого вопроса. Не знаю, кто и как надавил на Василия, но сделали это качественно.

Внутри дома ситуация схожая. В холле яркий свет и растерянные лица. Прислуга не знает, куда смотреть: на меня или на своего босса. Сам Потапов старший сидит в кресле, вращая в руках мобильный телефон.

Рядом с папашей на таком же кресле — сынок. Руки в карманах, лицо серое, под глазами синева, как от бессонницы.

Полина стоит чуть в стороне. Маленькая, похудевшая, словно ее месяц держали на голодном пайке. И такая перепуганная, что мои ладони сами сжимаются в кулаки.

— Вечера всем, — начинаю я. — Не могу сказать, что доброго.

— Вам тоже, Захар Олегович, — осмеливается произнести Потапов-младший.