Книга Заберу твою жену, страница 103 – Мария Коваленко

Брат, на котором официальная часть и арест всей банды, каждый час связывается со мной по мобильному и уточняет для СОБРа детали нашей операции.

Грязная рутина криминального мира.

К ней меня и Егора готовили с самого детства. Именно ее мы много лет пытались забыть - вычеркнуть из своей биографии как грязное пятно. А сейчас вспомнили, чтобы спасти чужую жизнь.

Перед рассветом время на раскачку заканчивается.

Две группы бойцов садятся в тачки и выезжают с территории. Я всего на минуту позволяю себе задержаться - бросаю взгляд на окно спальни, где на моей кровати сегодня спят Катя и сын.

Мысленно клянусь вернуться к ним – исполнить все, что обещал, стать настоящей семьей.

И жму на газ.

Глава 64

Герман

Машина медленно ползет по проселочной дороге в сторону заброшенной деревни. Фары выхватывают мокрый гравий, густые кусты по обочинам и редкие знаки.

В салоне гробовая тишина. Лишь рация порой разрывает ее короткими репликами:

— Группа-один, позиция восток, двести метров до точки.

— Группа-два, готовы прикрыть выход со двора.

— СОБР выдвинулся на внутренний периметр. Ждем команду для начала операции.

Одновременно с приказами в наушнике слышатся голоса брата и Ювелира.

Мы все сейчас на связи друг с другом. Мой хакер ломает систему видеонаблюдения в доме, где держат Полину. А Егор тут же передает эти данные СОБРу и бойцам отца.

В отличие от операции на пирсе, сегодня вся грязная работа на своих. Мансуров – не тот, кто станет играть по правилам и слушаться приказов. Потому не будет никакого маски-шоу с киношным штурмом, сиренами, мигалками и криками «Всем лежать!»

Я не могу рисковать Полиной. Пока мы не зачистим периметр и не освободим заложницу, СОБРу и Егору нечего делать на территории.

«Как освободим – так сразу пусть идут!» - вспоминаю свою последнюю просьбу брату и устало провожу пальцами по лицу.

Прикосновения отзываются болью. Словно мало мне проблем, адски болят глаза и голова. Черепушка буквально раскалывается от постоянного недосыпа и напряжения. Честно признаться, я уже и не помню, когда нормально отдыхал и когда спал в последний раз.

Внутренний голос подсказывает, что лет пять назад или даже раньше – до гибели мамы. Тогда в моей жизни не существовало никакого Мансурова, а единственным врагом был отец, который слишком рьяно готовил нас с братом к взрослой жизни.

Тогда я считал, что живу в полном дерьме, и мечтал вырваться в люди. Стать независимым от проклятого криминального мира, научиться зарабатывать своей головой – по закону и честно.

Теперь от этих воспоминаний даже не смешно. Домечтался! Допланировался!

Стал наконец независимым и правильным. Построил свой бизнес, умудрился жениться и развестись. А потом по принципу маятника вернулся в исходную точку. Чтобы ехать сейчас с чемоданом налички в сопровождении целой армии головорезов в старый дом под Москвой. И мечтать о том, как сверну голову одной охреневшей гниде.

К счастью, с последним ждать не приходится.

Несмотря на фиговую дорогу, к месту встречи приезжаю в одиннадцать.

Машина останавливается сразу за огромной грязной лужей. Водитель, не оборачиваясь, кивает. И, прихватив чемодан, я выхожу.

Мансуров встречает лично. Он, как барин, в шелковом халате и шлепках стоит на крыльце. Впервые без всех своих лживых масок. В одной руке – сигарета, в другой – коньячный бокал с золотистой жидкостью.