Книга Овертайм, страница 28 – Мария Коваленко

— Вань, интервью у меня там, — Таранов беспокойно глянул на часы. Не успевает.

— А пресс-секретарь на что?

— Барская? — Андрей снова потер бритый подбородок. — Да что она расскажет? Она ж баба! Ляпнет еще что-нибудь, а нам с Эдуардом Станиславовичем опровергай потом.

— А, так в этом причина? — протянул друг. — Я уж было подумал, что она тебе понравилась.

— Барская? Мне? Да никогда в жизни! — Андрей аж закашлялся. — Такую стерву, как она, еще пойди-найди! Не, я еще не совсем умом тронулся.

— Ну-ну, — многозначительно хмыкнул Гагарин.

— Не нукай! У меня на одну ее фамилию иммунитет, про остальное и говорить нечего, — такси уже притормаживало у парковки ледового дворца. — Ладно, Иван, мне идти надо. Жду тебя здесь. Курицу не забудь

— Не забуду, не баись! Беги уже, спасай принцессу, пока ее кто-нибудь другой не спас.

— Дурацкие у тебя шутки, Гагарин.

— Друзья у меня такие же.

* * *

За пятнадцать минут интервью Настя уже многократно пожалела, что отказалась от помощи Репина. Вместо того, чтобы прислать какого-нибудь толкового журналиста, редактор явился сам, расфуфыренный и вальяжный. Глаза-пуговки хитро поблескивали, осматривая будто сканером молодую женщину, а потные пухлые ручонки так и норовили прикоснуться, взять за руку. Барская, с трудом сдерживая желание послать подальше досужего ухажера, мило улыбалась и выдавала нужную информацию. Заранее продуманные факты, радужные перспективы и достижения — лишь «плюсы», о которых так важно было напомнить сейчас читателям.

Многократные попытки редактора выведать причины последних неудач неумолимо завершались пустой болтовней о тяготах спортивной журналистики и обсуждением предстоящего свидания в кабинете достопочтенного Карла Францевича.

Во время одного из таких задушевных разговоров служебная дверь конференц-зала приоткрылась, и бесшумно вошел капитан. Собеседники не сразу заметили хмурого, широкоплечего мужчину, а когда заметили, удивленно замерли оба.

— Здравствуйте господа. Я так понимаю, интервью продвигается успешно и без меня? — Таранов, игнорируя присутствие незнакомца, повернулся к Барской.

Настя поплотнее запахнула на груди элегантную кофточку и подняла глаза на вошедшего.

— Андрей, здравствуйте, — она постаралась не выдать своего удивления. — Вас так быстро выписали?

— А у меня, как у кота, девять жизней! — ответил он, пожимая протянутую руку редактора.

— Карл Францевич, — представился тот. — Лучше, просто Карл.

— Ах, Карл… — капитан загадочно улыбнулся пресс-секретарю.

Настя напряглась еще больше. В голове уже стучали тревожные молоточки, а память прокручивала воспоминания о телефонном разговоре с редактором в машине. Жалеть о содеянном было поздно.

— Андрей, замечательно, что Вам удалось придти, — редактор схватился за свой блокнот. — У меня как раз было несколько вопросов для вас.

— Тогда не будем тратить мое и ваше время, — тот снял куртку и небрежно бросил ее на соседний стул.

Сейчас, рядом с низким и обрюзгшим Карлом, он еще больше стал казаться похожим на древнего скандинавского бога. И пусть без бороды и усов, пусть с разбитой губой и ссадиной на щеке. Манеры и взгляд остались прежними, все так же уверен в себе, все такой же игривый лев.

Из под рукава майки выглядывал фрагмент сложной татуировки, привлекая к себе внимание, сильные руки скрещены на груди, глаза горят — Тор во всей красе. Настя невольно им залюбовалась.