Книга Овертайм, страница 179 – Мария Коваленко

— Кто? — сердце забилось быстрей.

— Хоккеист будущий. Он в раздевалке заперся и выходить не желает, — старик тяжело вздохнул и продолжил. — Я уже и уговаривал, и угрожал — не слушает. Говорит, что на тренировку пришел, а какая ему ночью тренировка? Глупости. Родители, поди, обыскались уже негодника.

— Подождите… — Барская задумчиво перебирала в уме мальчишек, пытаясь понять, кто способен на такую выходку. — А он имя свое называл?

— Имя? Нет, не называл. — В трубке послышались звуки шагов. Старик явно шагал куда-то. — Игоревна, Вы трубочку не кладите. Имя я сейчас узнаю.

— Конечно, — не задумываясь, ответила Настя.

С минуту из трубки доносилось лишь невнятное бурчание старика, сплошное «как» да «кто». Его собеседник предпочитал отмалчиваться. Может уснул где-нибудь на лавке, а может просто не хотел общаться с докучливым охранником.

— Молчит, как партизан, — в конце концов, сторож сдался.

— А Вы скажите, что я с ним поговорить хочу.

— Попробуем! — оптимистично ответил он и, повернувшись куда-то в сторону, громко проговорил. — Малец, тебя Анастасия Игоревна по телефону спрашивает. Может, выйдешь и поговоришь?

— Я не выйду! — послышалось в напряженной тишине.

— Костя… — она узнала его сразу. Даже не по голосу — по упрямым ноткам, прозвучавшим в нем. Маленький форвард, так напоминавший Таранова. Три недели его не было видно в клубе, а тут…

— Игоревна, ничего не получается, — устало протянул Всеволод Порфирьевич. — Что ж делать? Этот не выходит, тренер трубку не берет, а я не могу всю ночь под дверью раздевалки стоять. Непорядок!

Бросив вопросительный взгляд на черный экран телевизора, Барская выдала короткий и четкий ответ:

— Я еду.

Сторож тут же рассыпался в благодарностях, но она не слушала — бросила телефон на кровать и принялась одеваться. Следовало поспешить, неизвестно, сколько времени мальчишка провел в прохладной раздевалке. Неизвестно, и что подвигло его на такую выходку. Собственные планы незаметно отошли на второй план. Хороший сон, никаких волнений или упрямый паренек, такой похожий своим характером на любимого мужчину — выбор оказался не на ее стороне.

Фиат завелся сразу. Стоило повернуть ключ в замке зажигания, как он заурчал, будто большой довольный кот. Настя на секунду прижалась лбом к кожаной оплетке руля. Вечер накануне важного события получался совсем не таким, каким она ожидала. Хоккей, мальчишка… Какой еще сюрприз может преподнести злодейка-судьба?..

* * *

Весь длинный коридор освещала только одна лампочка у входа. Охранник из экономии не стал включать основной свет. Лампочка мигала, грозясь вот-вот погаснуть, а два человека под ней растеряно собирались с мыслями.

— Всеволод Порфирьевич, вы идите к себе, — Настя поежилась, глядя в темноту. — Я поговорю с ним сама. Один на один.

— Голубушка, Вы уж поговорите, — одобрительно прокряхтел старик. — Я мешать не буду. Наговорился уже.

— Все будет хорошо.

— Да я уж надеюсь, а то ведь и родителей жалко, и я не на посту, — он с важным видом поправил на груди свой бейджик. — Ладно. Ушел.

Как только сторож скрылся за поворотом, Барская поправила на плече сумку и направилась к раздевалке. Мысль о том, чем обычно заканчивались ее походы в раздевалки хоккеистов, заставила грустно улыбнуться.