Книга Жена поневоле, сделка с дьяволом, страница 99 – Кэти Райт

Вот чёрт…

Кажется, только я не планировала вести себя тихо.

После всего произошедшего Фауст собирался «отпраздновать» наше воссоединение сексом?

Да он был ещё большим чудовищем, чем я!

Когда мы вошли в номер, колени подрагивали от страха.

— Сходи в душ, от тебя пахнет, как от алкоголика из Центрального парка. – усмехнулся Руджери, бросив ключи от машины Этторе на стол, где нас уже ждала пара бокалов возле ведра с шампанским. Лёд в нём уже давно растаял, но бутылка была покрыта крупными каплями конденсата.

— Спасибо, ты тоже ничего. – буркнула я, стараясь не выдавать страха.

Когда всё происходило в его кабинете это было… естественно. Я не задумывалась о том, как далеко способны зайти наши действия, хоть и подсознательно хотела проверить.

Но теперь… зная, что Фауст ждал моего возвращения для того, чтобы я разделила с ним постель…

Это было волнительно.

Из каждого утюга женщины, выданные замуж своими родителями, кричали: «это больно, унизительно и всё, что от тебя требуется – просто перетерпеть», но проблема была в том, что я уже однажды хотела этого.

Я зашла в душ и смыла с себя следы этого ужасного вечера.

Порезы и царапины саднило под струями горячей воды.

Я смотрела на свою изуродованную кожу и не могла поверить, что это тело было моим.

Теперь на нём останутся жуткие шрамы. Хорошо, что не пришлось обращаться в больницу, чтобы наложить швы.

Когда я окончательно расслабилась под струями горячей воды, пришло время завернуться в огромный белоснежный махровый халат, при виде которого я сразу вспомнила свадебное платье Маддлены, залитое кровью.

В попытках прогнать наваждение, я закуталась в халат и принялась сушить волосы, когда в душ вошел Руджери. Он отвернулся и неспешно разделся.

Мои щеки обжег румянец.

Я смотрела на моего мужа сквозь наполовину запотевшее зеркало, любуясь его мышцами на спине и плечах, когда Фауст скрылся за матовыми дверцами душевой кабинки.

В горле пересохло.

Я столько раз касалась его плеч руками, ощущая под пальцами упругие крепкие мышцы, но ещё никогда не видела Руджери столь опасно привлекательным.

Закончив с волосами, я рухнула на кровать и уставилась в полоток.

В животе завязывался тугой узел.

Что если что-то пойдёт не так?

Что если Руджери сделает мне больно?

Фауст вышел из ванной в одних трусах. Капли воды поблескивали на его торсе в приглушенном свете торшера.

— Как ты думаешь, они его поймают? – прошептала я, пытаясь разбавить хоть чем-то гнетущую тишину.

— А какая разница? – усмехнулся Фауст, наливая воду из графина в стакан. – Разве это имеет какие-то значение?

— Конечно имеет! Он же расстрелял жениха на его собственной свадьбе! – возмутилась я, вновь почувствовав леденящий душу холод.

Фауст говорил о произошедшем, как о чём-то незначительном, будто кто-то раздавил таракана, а не проник в охраняемую виллу, смог спрятать оружие и ушел незамеченным в зале полном свидетелей.

— Раф, нас это никак не касается. Зачем в это лезть? – беспечно протянул Руджери укладываясь на свою половину постели. Матрас прогнулся под его весом.

— Ты что-то знаешь? – прошептала я, ерзая.

Фауст скользнул по мне заинтересованным взглядом, прищурился и рассмеялся.

— Думаешь, что я причастен? – казалось, моё предположение его ничуть не оскорбило, а лишь повеселило. – Если бы это была моя война, то я заказ бы Таддео Монтолоне, ты же знаешь.