Книга Жена поневоле, сделка с дьяволом, страница 97 – Кэти Райт

Я совсем расслабилась в объятиях мужа. Будто не было всего того ужаса пару часов назад.

О нём напоминали лишь крики боли, пока мать Гаэтано Каттане́о баюкала тело своего мертвого сына, не разрешая никому приближаться.

Эта картина навсегда отпечаталась в моей памяти.

Нас не выпускали. Солдаты семьи прочесывали каждый сантиметр виллы дель Бальбианелло в поисках убийцы.

Никто не вызывал полицию и скорую. Это были самые настоящие разборки внутри клана, которые могли закончиться резней.

— Почему ты так спокоен? – обратилась я к Фаусту, что стоял позади меня с застывшей полуулыбкой на губах. – Они же могут обвинить кого угодно.

— Суд над ведьмами. – скривилась Элеттра, завидев, как на другом конце зала Этторе под руку вел Ренату обратно к нам. Первый широко улыбался, ослепляя своей красотой каждую модель в здании, вторая шла понурая.

— Тебе не нужно бояться показательных казней. – Фауст потрепал меня по волосам. – Они всё равно ничего не найдут.

— Откуда такая уверенность? – я скептично нахмурилась. – Ты не можешь знать всё на свете!

— Могу. – Фауст нежно поцеловал меня в затылок. – Тот, кто это сделал – профессионал. Это не тот идиот, что стрелял в моего отца.

Я вновь посмотрела на Руджери. Тот выглядел умиротворенным.

Тогда в мою голову впервые закралась одна мысль: «Фауст знал гораздо больше, чем говорил вслух».

Я старалась отогнать её прочь, но не могла. С каждой секундой безумный домысел укоренялся в моём сознании.

Фауст будто почувствовал это и тихо шепнул мне на ухо:

— Пойду, узнаю, как скоро нас отпустят. – с этими словами он вновь чмокнул меня в затылок и отправился в центр зала, к семье Каттане́о.

Рената сидела рядом со мной, недовольно поджав губы.

— Ты как? – тихо поинтересовалась Элеттра.

— Выслушала десяток липких комплиментов. – фыркнула Рената, и я заметила, как Д’А́нджело покосился в нашу сторону, явно подслушивая разговор. – Я вообще не понимаю смысла всех этих допросов. – Рената потянулась и поправила лиф на своём платье. – Жених был тем ещё козлом, да за его озабоченной задницей очереди больше, чем в бутиках в период скидок. Почему нас здесь держат?

Мы с Элеттрой переглянулись, подметив, что личный разговор с охраной Каттане́о распотрошил остатки самообладания Ренаты.

— Всё в порядке. – попыталась успокоить её Элеттра. – Мы же не стреляли, нам нечего бояться.

Я же не была так уверена, но оставила все предположения при себе.

Фауст точно знал что-то ещё… Сразу после того, как отгремели первые выстрелы, Руджери уверенно заявил, что стреляли не по столам с гостями.

Откуда он вообще мог это знать?

Я копошилась в своём сознании, пытаясь вспомнить, можно ли было хоть как-то прикинуть направление или место, где находился убийца, но ничего не смогла предположить.

Высокие потолки отражали даже голос охраны так, что его отзвуки слышались повсюду, чего уж говорить о секундных выстрелах…

Я смотрела в спину Фауста, что приносил соболезнования семье Каттане́о и не могла понять, что именно меня напрягало больше: тот факт, что последние три часа мы провели в одном помещении с трупом зверски расстрелянного Гаэтано, что стрелок был настолько метким, что не задел Маддлен или что сила мафиозного влияния ощущалась здесь как никогда раньше.

Никаких копов. Только личные счёты.