Книга Жена поневоле, сделка с дьяволом, страница 81 – Кэти Райт

Таддео рывком впечатал меня в стену и, широко улыбаясь, наклонился вперёд. Его глаза очертили мои губы, когда он прошептал:

— Знаешь, что самое забавное? – зло прохрипел он. – В той чертовой машине не должно было быть старика.

Я часто заморгала, едва ворочая языком:

— Ты про Адриано Руджери?

Таддео потрепал меня за щеку и его глаза блеснули непроглядной тьмой.

— Фауст должен был сдохнуть в тот день.

Я смотрела на Монтолоне, не чувствуя своего тела. Душу будто вытряхнуло из оболочки, которая больше мне не подчинялась.

Я безвольно хлопала ресницами, смотря в лицо настоящему подонку, пока он очерчивал ладонями мою талию и бедра.

— Но, не переживай. – Таддео игриво мне подмигнул. – Так будет даже интереснее.

Прошла целая неделя после инцидента в доме Ринальди, а я так и не смогла сказать Фаусту о том, что Таддео Монтолоне признался мне в покушении на Адриано Руджери.

Я хотела. Правда, хотела! Только вот…

Страх того, что Фауст заподозрит меня в связи с Монтолоне пугал до дрожи.

Таддео действительно пытался… посягнуть на чужую собственность, игнорируя тот факт, что я была человеком со своими чувствами.

Попытка, к слову, не увенчалась успехом.

Ему помешали девчонки, но я никак не могла отделаться от мыслим о том, как его приставания сделали меня грязной.

Оттираясь в сотый раз жесткой мочалкой, лежа в горячей ванной, я хотела содрать с себя кожу, лишь бы это избавило меня от воспоминаний.

Таддео говорил, что нет ничего лучше, чем запятнать честь жены своего врага.

Я же молилась о том, чтобы умереть и не чувствовать его прикосновений.

Фауст, несмотря на то, что мы почти не разговаривали, заподозрил что-то неладное. Или у меня развилась паранойя и я боялась быть пойманной на лжи, когда говорила ему о том, что всё в порядке.

Конечно, это было не так, но Руджери было совсем не обязательно об этом знать.

Чувство вины душило, и я вынужденно ослабила бойкот. Тем более, что для этого был повод.

Врачи сказали, что Адриано Руджери больше никогда не встанет на ноги. По этому поводу в корпорации Руджери проходил званый вечер, где все прощались с Адриано, что передал бразды правления своему старшему сыну.

Фауст в тот день нервничал больше обычного, хоть его лицо и продолжало оставаться безмятежным каменным изваянием.

Марко вел автомобиль по центральным улицам Милана, пока я накручивала прядь волос на палец, всячески игнорируя присутствие Фауста.

Мои мысли занимал страх.

Что если Таддео повторит попытку? Пристрелит Фауста прямо во время ужина, где соберется вся его семья?

Я кусала губы, следя за высотками и историческими зданиями, что сменяли друг друга в безумном хороводе из поворотов и улиц.

— Фауст? – мой голос дрогнул. – А что если кто-то повторит… это?

Руджери смерил меня внимательным взглядом и, криво улыбнувшись, пожал плечами.

— Польщен, что ты беспокоишься за мою жизнь. – он усмехнулся. – Если меня убьют, то тебе не придётся ждать развода. – добавил он колко.

Я бросила на него исполненный гнева взгляд, а Фауст лишь тихо рассмеялся.

— Пока я дышу, ты будешь моей женой.

Его слова затронули что-то внутри, разливаясь приятным теплом.

— Потому что я умею проигрывать? – подняла бровь я, припоминая Руджери его же слова, сказанные две недели назад в пьяном угаре.