Книга Жена поневоле, сделка с дьяволом, страница 45 – Кэти Райт

— Дорогой, я человек, а не собака. – я стянула с волос фату и уселась на край постели. С трудом, но без спешки сняла туфли. Одну за одной. Фауст тем временем достал из кармана пиджака пистолет и положил его на стол, рядом с вазой, до отказа забитой розами. – В первую очередь мы должны быть командой. – добавила я, сняв ремень с бедра и положив пистолет на край фатинового платья. – Понимаю, я тебе как кость поперёк горла, но раз уж ты решил поиграть в семьянина, то будь добр считаться и с моими условиями.

Фауст закатил глаза и поднял лицо к потолку, усмехаясь.

Молился ли он в тот момент?

Я поднялась и повернулась к нему спиной. Фауст приблизился и аккуратно поднял мои волосы. Помог расстегнуть колье.

— Диктуй условия. – фыркнул он и моя кожа покрылась мурашкам от горячих прикосновений его пальцев к коже на шее.

— Никакого физического контакта, если того не будут требовать обстоятельства. – первое, что проговорила я, стоило Фаусту провести костяшками пальцев вдоль позвоночника до завязок на корсете.

Он замер и тяжело глубоко вдохнул, будто кислород внезапно стал вязким.

— Хорошо. – Фауст подцепил ленты и принялся медленно их развязывать. – Продолжай. – тише добавил он.

— В Аспене ты говорил, что я не должна ронять твою честь в глазах общественности. – отрешенно начала я, зная, что ступаю на скользкую тропу. – Это касается и меня.

Шнуровка на корсете окончательно расслабилась, и я вцепилась в лиф платья на груди. Стоило отпустить его и платье бы осталось лежать ворохом тряпок в ногах.

Фауст продолжал стоять за моей спиной, а его руки покоились на моей пояснице.

— Признаться честно, я думал, это будет проще.

Я обернулась и едва не ударилась лом о его подбородок. Фауст не спешил отступать. Он смотрел на меня сверху вниз. Свет от люстры отбрасывал тени на его лицо.

— Нам всем придётся чем-то жертвовать. – прошептала я, чувствуя, как от стыда горела кожа, везде, где мой новоиспеченный муж касался меня взглядом. От него в принципе исходил жар, будто от печки в машине, только лицо оставалось непроницаемо холодным.

— Тогда, – Фауст говорил хрипло, будто хотел прокашляться. Поднял правую руку и аккуратно заправил прядь моих волос за ухо. – я хочу, чтобы ты поклялась никогда не лгать мне.

Заглянув в его глаза, я поняла, что он не шутил. Фауст уже второй раз за день смотрел на меня так, будто видел впервые.

Я не знала: было ли это перемирием или войной на новых условиях.

Я проснулась от головной боли и дикого похмелья. Фауст крепко обнимал меня со спины, будто хотел переломать ребра. С трудом дотянувшись до телефона, я обнаружила, что было уже около полудня.

Это значило, что мать с отцом и Умберто уже должны были покинуть Флоренцию.

Я ненавидела их за то, что они продали меня Руджери, но что-то внутри всё равно болезненно сжалось.

Обреченно вздохнув, я выпуталась из хватки Фауста и отправилась в ванную. Одного взгляда в зеркало хватило, чтобы понять – теперь всё будет по-другому.

На мне была одета огромная футболка Фауста для бейсбола. Длиной она была приличнее половины юбок из моего гардероба.

Полазив по ящику под раковиной, я вооружилась новой зубной щеткой и умылась, потом меня ждала душевая кабина, где горячая вода помогла расслабиться закостеневшим мышцам.