Книга Единственная для дикого, страница 30 – Аня Истомина

— Вась, а ты Серёжу любила? — уточняет подруга ни с того, ни с сего.

Зависаю с открытым ртом.

— В смысле? — возмущаюсь.

— В прямом, — вздыхает она. — Мне кажется, если б ты его по правде любила, ты бы на всё согласилась. Ему же всегда нравилось в походы ходить, на охоту. Может, и хорошо, что вы разводитесь? Вы ведь и правда очень разные. Найдёшь себе городского, как Вадик, и будет он тебя на курорты возить. А Серёга найдёт себе какую-нибудь деревенскую девочку и будет жить счастливо.

Несмотря на то, что слова подруги достаточно логичны, внутри всё равно вспыхивает возмущение. В смысле, “найдёт какую-нибудь деревенскую девочку”? А я?

И не нужен мне мужчина, похожий на Вадика! Мне нужен такой, как Серёжа, только с другими настройками.

Пиликает уведомление, на экране появляется новое видео, на котором виднеется довольная морда моего мужа.

— А знаете, куда я иду? — улыбается он весело. — Сейчас я вам расскажу. Мой друг построил деревню для женщин в беде. Только представьте себе: целая деревня прекрасных, свободных дам. И сейчас я иду с ними знакомиться.

— Вот кобель! — швыряю на стол полотенце, которым вытирала руки. — Пожалуй, я съезжу за паспортом. Посмотрю на рекламируемые красоты своими глазами.

— Ну, что, выспался? — усмехается Егор, протягивая мне руку.

— Я так сладко, кажется, никогда не спал, — честно признаюсь ему, пожимая ладонь.

Вокруг нас прыгает его немецкая овчарка и заливается радостным лаем.

— Нельзя, — коротко командует друг, и пёс, тут же успокоившись, садится рядом со мной и подставляет морду под мою ладонь. Ухмыльнувшись, глажу его по голове.

Вечернее знакомство с жительницами деревни не удалось — я проспал как младенец до самого утра, а друг не стал меня будить. И вот сейчас я, выспавшись от души, приехал к нему в соседнюю деревню, чтобы поздороваться с его женой и детьми.

— Пошли, позавтракаем. Рита кашу и сырники приготовила, — зовет меня Егор, и я, достав из машины гостинцы для детей, иду следом за ним.

Отряхнув ноги от снега, захожу в дом. С порога слышатся детские голоса, пахнет домашней едой и накрывает волной уюта. А еще сжимается сердце, потому что я тут же вспоминаю, как первое время после того, как мы начали с Василисой встречаться и жить вместе, меня, заядлого холостяка, накрывало таким же ощущением, когда я переступал порог своей квартиры и чувствовал запах приготовленного для меня ужина. Как-то слишком быстро оно всё стало привычным и только сейчас я понимаю, как соскучился по запаху еды, приготовленной женщиной.

И тут же вспоминаю слова Машки, что пироги — это бонус, а не рутина, когда жена работает.

Вася как-то умудрялась совмещать и роль домохозяйки, и работу. Да, её зарплата не могла сравниться с моей и в основном шла на то, чтобы обеспечить уют нашего семейного гнездышка, да на какие-то её женские нужды, я не контролировал, но теперь я понимаю, что моя квартира с момента её появления всегда пахла женщиной и выглядела тепло. А я просто перестал это замечать.

— Привет, Серёжа, — из кухни выходит Рита, жена Егора, с их общим ребенком на руках.

Малыш вертится и вовсю дрыгает ногами в голубых штанишках.

— Привет, — улыбаюсь, удивленно глядя на эту картину и говорю тише, чтобы не испугать ребенка. — Это Ванька так вырос уже?! Вроде, только недавно родился!