Книга Законная добыча, страница 16 – Саша Кей

Вырываю руку и пулей залетаю на кухню, где Сафаров стоит над аптечкой.

— М-можно воды? — Сердце ещё колотится.

Амир молча кивает, я приставным шагом обхожу его и набираю в стакан воды из фильтра. Взгляд выхватывает телефон Сафарова, лежащий рядом. Амир ко мне спиной. Может, я успею…

— Даже не думай, — словно читая мысли, предупреждает он, как я вспоминаю, можно ли набрать «112» на заблокированном экране. Сафаров ведь даже не обернулся? Я так предсказуема?

Молчу. Говорить, что я даже и не мечтаю отсюда выбраться, глупо. Хочу и буду пытаться. Пока есть шанс.

До сих пор Сафаров не сделал мне ничего непоправимого. Судя по всему, не принял пока решения о моей участи. Задобрить его невозможно, но и злить сильнее я точно не стану. Буду тянуть время.

Ранение — такая вещь… Ему, возможно, совсем скоро будет не до меня.

Так. Ладно. Что там у нас?

— Ты когда-нибудь уже такое делала? — взгляд-автоген полосует меня, когда я дрожащими руками начинаю перебирать присланное Яром.

— Нет. — Мотаю головой. — Но я знаю, что делать. — И сглатываю. — Будет больно.

Главное, чтоб руки не подвели.

И опять, словно Сафаров пасётся у меня в голове, спрашивает:

— Налить тебе?

Не уверена, что это хорошая идея, но меня реально трясёт. Да, хирурга из меня тоже бы не вышло. Нервы-канаты — это не про меня.

И я всё ещё боюсь, что мне что-то подсыплют. Сейчас это, конечно, Амиру невыгодно, но я боюсь абсолютно всего и не могу с собой совладать. Поэтому под его удивлённым взглядом я забираю его стакан, на дне которого ещё плещется немного виски, и залпом выпиваю. Обжигающий ком прокатывается по горлу и падает в пустой желудок. Меня на секунду ведёт с непривычки.

— А пациенту пока больше не стоит, — выдыхаю я, пытаясь сморгнуть выступившие слёзы.

Я говорю о Сафарове в третьем лице, потому что не знаю, как к нему обращаться. На «вы» язык не поворачивается, а «ты» — это сокращение дистанции, и может не понравиться Амиру, да и самой мне хочется скорее её увеличить.

Обрабатываю руки хлоргексидином, натягиваю перчатки, стараясь отстраниться от обстоятельств. Разрываю упаковку шприцев.

— Надеюсь, ты понимаешь, что любая попытка навредить мне, кончится для тебя плохо, — Сафаров внимательно следит за каждым моим жестом.

Да уж. Будь у меня кишка потолще, тут достаточно хирургических инструментов и игл, чтобы навредить. Но в случае чего я останусь в руках Сани.

Всаживаю один за другим уколы: обезбол, против столбняка, против гангрены, антибиотики… Хороший комплект. Я бы не стала доверять человеку, у которого он под рукой. Этот Яр наверняка опасный тип.

— Я поставила антибиотики широкого спектра. Алкоголь под запретом, — едва слышно шелестю я, морально готовясь к физическому вмешательству в рану.

Сафаров, однако, меня слышит и кивает. Больше я на его лицо не смотрю. Сняв то, что он налепил сам, сглатываю. Господи, помоги!

Где-то час уходит на то, чтобы расширить рану и полностью вычистить. Иссечение краёв даётся мне хуже всего, но, с другой стороны, мой дилетантский подход лучше, чем ничего. К моменту, когда я организую дренаж из примитивного марлевого тампона и завершаю повязку, с меня сходит семь потом.

Ужасная работа. Как мама такое выдерживала?

— Всё… — выдыхаю я и бегу к раковине.

Меня тошнит, но организму нечем себе помочь, поэтому я просто хлебаю воду из фильтра с питьевой водой и дышу открытым ртом.