Книга Прости, любовница моего мужа, страница 21 – Айнави, Джулиан Хитч

— Как палец? Болит?

— Нет. Всё нормально. – Мирославе было стыдно признавать, что она привыкла к боли.

Влад просто бы не понял подобного. Поймала его скептический взгляд. Но он никак не прокомментировал её ответ.

К травмпункту подъехали минут через двадцать, и к этому времени Мирослава клевала носом.

Она устала. Очень устала за этот день.

У заднего входа курили двое: к одному из них и направился Влад, а она следовала за ним. Сама себе в этот момент напомнила маленькую собачку, и от этой мысли на душе стало паршиво. Как и от того, что она возникла рядом с тем, кто пытался ей помочь. Словно Игнат за годы брака впрыснул в неё яд, который вот так внезапно отравлял то хорошее, что могло появиться в её жизни.

— Привет. – Влад пожал руки обоим мужчинам.

Потом представил их Мирославе.

— Ну что, какая часть тела пострадала? – Федя, затушив сигарету прямо о кирпичную стену, обратился к ней с подбадривающей улыбкой.

— Вот. – Мирослава не сразу протянула руку, всё ещё сомневаясь, а стоило ли ехать в травмпункт из-за такой ерунды.

— Ничего критичного не вижу. Лак не того цвета? – съязвил Федя.

Мирославе стало неприятно, но отчасти она была с ним согласна. Потому спокойно пояснила:

— У меня ноготь отошёл от кожи. – И осторожно коснулась мизинца.

— Понял, прошу прощения за своё поведение. – Обхватив её за плечо, потянул за собой. – Давайте, милая, глянем на сиё преступление.

Влад не отставал от них ни на шаг, и это успокаивало. Его забота согревала, хотя Мирослава не была уверена, что она её заслуживала.

— И как вы, девушки, только носите такие когти? – покачал головой Федя.

— Красота требует жертв?

На самом деле у Мирославы был ответ на вопрос Феди: такой маникюр нравился Игнату.

— Вы и без того красивая девушка, зачем вам это всё? Чтобы быть как все?

— Федя! – оборвал его Влад. – Чего ты докапываешься до человека?

— Простите, устал капец как. Вот и брюзжу. – Федя улыбнулся, и Мирослава кивнула, принимая его извинения.

Они зашли в кабинет, и Федя усадил её на стул. Тщательно вымыл руки, вытер, натянул перчатки. Отчего-то эти простые действия, за которыми наблюдала Мирослава, её успокаивали. С двумя почти незнакомыми мужчинами, как ни странно, она ощущала себя в безопасности. Пусть один работал на Полину и, наверное, заботился, чтобы не разочаровать начальницу, а второй выполнял врачебный долг. Мирослава позволила себе на несколько секунд прикрыть глаза, наслаждаясь этим ощущением, которое почти забыла за последние годы.

Федя, на переносице которого появились очки, сразу придав ему серьёзности, осторожно взял её за руку. Аккуратно развернул к себе ладонью.

— Сейчас обрежу аккуратно и обработаю. Дальше сама будешь дезинфицировать, чтобы рана не воспалилась. Как подживёт, гель лучше снять. За полгода примерно ноготь срастёт, будешь как новенькая. – Федя отпустил её руку. – В общем, жить будешь. Влад слишком всполошился за тебя. Хотя … Почему бы и не переживать за собственную девушку?

Влад и Мира переглянулись. Он не стал отрицать слова друга, Мирослава тоже промолчала.

Из травмпункта вышли минут через десять. Мизинец был надежно укутан лейкопластырем. И, касаясь его, Мирослава не до конца верила, что всё это произошло с ней. Она не могла не вспоминать то, как в похожей ситуации повёл себя Игнат. Словно сама судьба подкинула ей возможность ещё раз убедиться: восемь лет она жила в королевстве кривых зеркал, в котором любимым принято причинять боль, а не защищать от неё.