Книга Мачо для стервы, страница 77 – Татьяна Романская

Мила бежит к ней.

— Мамочка!

Лена наклоняется, чтобы подхватить дочь на руки, затем бросает взгляд в мою сторону.

— Ты решил выкладывать все свои проблемы детям?

— Эм... может быть?

Она кивает в сторону устройства на полке, похожего на рацию.

— Радионяня включена. Я слышала каждое слово.

Я едва сопротивляюсь желанию снова простонать.

— Прости. Я сказал что-то неуместное?

— Нет, — она усаживает Милу, чтобы продолжить игру, и сама устраивается на кресле. — Ты только что заставил меня почувствовать себя очень виноватой.

— Виноватой? — я сажусь, прислонившись спиной к стене, чтобы оказаться лицом к лицу с Леной. — Почему?

Моя невестка тяжело вздыхает.

— Потому что я заставила тебя поверить в худшее о Яне. Или поверить в то, что худшее возможно, но я не подумала о том, что ты чувствуешь по отношению к ней. Это я должна просить прощения.

Я горько усмехаюсь и качаю головой.

— Ты не должна извиняться. Я правда сожалею о том, что это все снова коснулось тебя.

— Ты не мог знать.

— Я должен был знать. Я должен был заметить знаки. Но я ничего не хотел замечать.

Лена наклоняет голову ко мне, ее взгляд находит мой.

— Но ты любишь ее?

— Да, люблю. Слишком сильно, — с каждым разом мне становится все больнее говорить это. — И я думаю, что она влюблена в меня. Я не знаю, какую роль в наших отношениях сыграла Полина, но я знаю, что наши чувства настоящие. Во всяком случае, то, что чувствую я. А теперь я слишком сильно все испортил. Не то чтобы это имеет значение, ведь Игорь ясно дал понять, что мне придется выбирать между вами или ей, — я смотрю на играющих племянниц. — Я бы никогда не выбрала потерять их.

— Я знаю, — ее лицо становится мрачным, пока она размышляет. — Думаю, мы с Игорем оба забыли кое-что важное.

Я оживляюсь.

— Что именно?

— Что люди могут меняться. Особенно когда их любят. Мы с Игорем должны знать это лучше, чем кто-либо другой.

У меня такое чувство, что она говорит о чем-то личном, но все, что меня волнует, это мы с Яной. Я подаюсь вперед.

— Ты имеешь в виду... даже если она сблизилась со мной из-за Полины…

Лена перебивает меня.

— Я имею в виду то, что с момента вашего знакомства ситуация, какой бы она ни была, могла измениться.

Я думал о том же, но, сказав это сейчас, Лена как бы разрешила мне развивать мысль в таком направлении. Что если Яна начинала все как шпионка Полины, влюбилась, а потом не захотела продолжать? Это бы объяснило, почему она выглядела такой обиженной и, возможно, почему так поспешно ушла. Возможно, она чувствовала себя слишком виноватой, чтобы обсуждать произошедшее.

Хотя мне хотелось бы, чтобы она осталась. Возможно, я бы простил ее.

Эта мысль сильно задевает что-то изнутри. Я определенно простил бы ее. А это значит, что я прощаю ее и теперь. Потому что независимо от того, любит она меня или нет, я люблю ее. И поскольку я могу контролировать только себя, решения приходится принимать тоже только за себя.

— И что мне теперь делать? — спрашиваю я Лену, поскольку сам ни черта не знаю и не понимаю.

— Я, наверное, пожалею, что сказала это, но… — она делает глубокий вдох, прежде чем продолжить. — Забудь об ультиматуме Игоря. Иди за той, кого любишь. Я, например, поддержу тебя. Возможно это займет время, но собственного мужа переубедить я точно смогу, я уверена.