Книга Мачо для стервы, страница 72 – Татьяна Романская

Она внезапно поворачивается ко мне лицом и выглядит при этом как человек, которого предал кто-то на самом деле близкий.

— Мне не нравится, как ты со мной разговариваешь. Это грубо, и я не собираюсь терпеть такого отношения.

Но даже замечая боль в глазах Яны, я не могу сравнить ее с тем, что чувствую сам. Я выдерживаю паузу перед следующей атакой.

— Ты даже не можешь мне ответить?

— Что? — она вскидывает руки вверх. — Что ты хочешь услышать? Что Полина — моя мачеха? Да, так и есть. Разве это проблема? Все эти разговоры о том, что она влезла в чью-то жизнь, обвинения... даже не знаю, что ответить. Откуда оно все взялось?

Я оглядываюсь на Игоря, стоящего в коридоре за кухней. Он сочувственно хмурится, а затем поворачивается, чтобы уйти, оставив нас наедине.

Яна прослеживает мой взгляд и замечает спину завернувшего за угол Игоря. Когда она снова смотрит на меня, выражение ее лица становится слишком напряженным.

— Что твой брат сказал тебе?

Я складываю руки на груди.

— Он просто сказал, что мне нужно быть внимательнее и посмотреть на ситуацию под разными углами, чем я и занимаюсь. Знаешь, на что это похоже? На то, что ты здесь только ради собственной выгоды.

Сжимая руки в кулаки, она пылает изнутри. Если бы мы были в мультфильме, из ушей у нее точно повалил бы пар. Она открывает рот, чтобы что-то сказать. Закрывает его. Потом снова открывает.

— Отвали, — говорит она наконец и уходит от меня.

Я иду за ней, остановившись у подножия лестницы, когда она поворачивается, чтобы подняться.

— Куда ты идешь?

Она продолжает подниматься, отвечая:

— Я соберу вещи, а потом вызову такси. Я не собираюсь оставаться здесь и подвергаться унижениям и допросам, когда я не сделала ничего плохого, — она ругается себе под нос. — Мне следовало держаться от тебя подальше. Я так и знала.

— Как хорошо. Играешь роль до конца. Просто умница, — я расстроен и зол.

На себя, на брата, на ситуацию, на Яну. И, в первую очередь, на то, что она просто сбегает посреди ссоры.

На верхней площадке лестницы она поворачивается ко мне лицом.

— Я ни во что не играю, идиот. Ты разбиваешь мне сердце, — ее голос дрожит, и выражение лица… она выглядит раздавленной, и вдруг до меня доходит, что она не просто уходит от этой борьбы — она уходит вообще.

Я совсем не ожидал такого исхода.

Мои легкие внезапно пустеют. Как бы я хотел заключить ее в свои объятия и заставить этот жуткий взгляд навсегда исчезнуть. Не так я хотел, чтобы все прошло.

Я ставлю ногу на нижнюю ступеньку, готовый подняться вслед за ней, но она поднимает руку вверх, чтобы остановить меня.

— Я больше не хочу с тобой разговаривать. Не ходи за мной.

Все внутри сжимается до боли. Я застываю на месте, наблюдая, как она исчезает в коридоре.

Как только она скрывается из виду, я подношу кулак ко лбу и несколько раз ударяю себя. Мысли в голове проносятся со скоростью света, и уверенность остается только в одном — я не справился.

Отчаянно желая все исправить, я начинаю подниматься по лестнице, несмотря на ее просьбу не ходить за ней. На полпути я решаю, что мне стоит все обдумать, прежде чем снова с ней разговаривать, поэтому приходится вернуться вниз. Тревожный адреналин захлестывает меня, и я шагаю по прихожей, пытаясь понять, с чего начать начать разбираться в мешанине фактов, которые мечутся в мозгу. Она ничего не отрицала. Показатель?