Книга Измена. Не знала только я, страница 51 – Аника Зарян, Каролина Шевцова

И снова не могу вымолвить ни слова. Просто сижу, прижав телефон к уху, слушаю его размеренное дыхание на другом конце провода и наблюдаю за тем, как над Невой рождаются и гаснут отсветы огней лазерного шоу.

И в эту секунду происходит странная вещь. Давящее ощущение тоски и сиротливости, преследующее меня все эти недели, отступает. Не исчезает, нет.

Просто уходит в тень, перестает быть таким удушающим, благодаря одной лишь мысли, что где-то в эту самую секунду есть человек, который, кажется, готов разделить мое одиночество.

— О чем вы хотите поговорить? — знакомая фраза отражается на лице улыбкой. И я снова, кажется, ухмыляюсь вслух, смахивая с лица мохнатые снежинки.

— Я не знаю... — потому что не хочу рассказывать ему ничего.

Не хочу ни жалости, ни сочувствия. Достаточно уже и того, что успела наговорить в прошлый раз.

Несколько секунд тишины — и он говорит:

— А как же «триста дней»? Или уже неактуально?

Он узнал меня?

— Вы узнали меня! Как? — произношу изумленно.

— Может, новогоднее чудо?

Ну, конечно! Наивная. Я же звоню с того же самого номера!

— Чудес не бывает. По крайней мере, определитель номеров к ним не относится.

— Звонок анонимный. И для вас, и для нас.

В его тоне нет ни капли насмешки. Напротив — что-то теплое, уютное. Как будто мой собеседник по-доброму улыбается.

— Андрей... — называю его по имени и от этого почему-то смущаюсь. Разве это честно? Я знаю, как его зовут, а он обо мне не знает ничего. Ну, почти. Поэтому в следующую секунду выдыхаю, зажмурившись: — Я — Вера.

— Вера... — повторяет. — Очень приятно, Вера.

— Скажите, Андрей, — выдыхаю облако пара, — почему вы там?

— Там?

— Там, где вы сейчас. У телефона. Почему не дома, с семьей? Новый год же.

— Кто-то должен быть на этой стороне провода. На каникулах дежурство по графику. Сутки через трое. И сегодня как раз моя очередь. В следующий раз, может, повезет, и вы попадете на кого-то другого.

— Например, на Марину?

— Например, на Марину.

— А что в это время будете делать вы? — И на какой-то крошечный миг я забываю, что говорю с совершенно посторонним человеком.

Он молчит, и я снова слышу за своей спиной шум праздника, крики, смех, уличные музыканты, которые поют другие песни.

— Я... — произносит это так, будто действительно задумался. — Наверное, буду пить крепкий чай и смотреть телевизор.

— А потом?

Он не отвечает.

Я не настаиваю.

— Скажите, Андрей, что вы тогда хотели сказать? В прошлый раз, когда звонок прервался. — делаю глубокий вдох и воспроизвожу фразу, которую крутила в голове еще несколько дней после прогулки до водопада: — Для начала сделайте один...

— Для начала сделайте один маленький шаг. Самый простой. Тот, что можете сделать прямо сейчас.

Понимаю, что он выражается образно, но всё же подаюсь вперед и смотрю себе под ноги. Носки сапог теперь тоже припорошены снегом.

— А какой шаг? — спрашиваю я с надеждой в голосе.

— Тот, который вам подсказывает сердце, — отвечает он просто. — Можно зайти в кофейню и заказать чай. Можно... — он делает едва заметную паузу, — можно что угодно, Вера. Главное — чтобы это было действие. Пусть крошечное. Но реальное.

Подсознание тут же напоминает об отчаянном шоппинге двухдневной давности.

— И станет легче?

Где-то совсем рядом взрывается шумная хлопушка, и кто-то визжит от восторга. Я вскрикиваю и прижимаю телефон крепче к уху. А вдали слышу нестройным хором долгожданное «Ура! С Новым годом!»