Книга Ведьмы.Ру 3, страница 145 – Екатерина Насута

Она сумеет всё исправить.

Позвонит. Извиниться. Попросит о встрече… он не откажет. Он добрый мальчик. А ещё, сколь бы хорошим менталистом ни была старуха, некоторые установки с наскока не убрать. Особенно, если ставились они не внушением. Так что…

Пара встреч.

Постепенное возвращение доверия. Обстановка… да, смерть отца, а Лёшенька считает этого неудачника отцом, его расстроит. Выбьет из равновесия.

Капля вина.

И капля… да, нехорошо. Но в конце концов, Милочка ведь не собирается вредить сыну. Нет. Она просто убережёт его от ошибок. И поможет получить то, чего он достоин.

По праву рождения.

И в принципе.

План был не безупречен, но в целом вполне себе неплох. В черновом варианте. С Данилой всё-таки не ясно. Его убрать первым или Антона? Она пригубила вино и на сей раз то имело вполне себе неплохой вкус. Кисловато слегка.

Или позже?

Одни похороны. Потом другие… а вот похороны. Развод Антона, а заодно уж возвращение Лёшеньки, который должен простить раскаявшуюся и такую потерянную мать.

Антон будет пить. Он из тех, кто выглядит сильным, но при точном ударе ломается. Так что… а здоровье не то, и следовательно, подведёт… или всё-таки мальчишка? Устроить, скажем, пьяные гонки? Аварию? Или вышедший из-под контроля дар? Будет вполне себе логично в контексте вскрывшихся тайн. А там и у Антона сердце не выдержит.

Телефонный звонок разрушил тишину.

— Да? — Милочка отвечала мягко. Это очень важно, как звучит твой голос. Он должен располагать. Внушать доверие. Транслировать спокойствие и улыбку, как бы глупо это ни звучало. — Здравствуй, Данечка. Рада тебя слышать.

Она стиснула ножку бокала, чувствуя, что ещё немного и та треснет. Власть, пусть и над бокалом, пьянила. Правда, не так, как власть над людьми.

— Я сама собиралась тебе позвонить. Ты не видел Лёшеньку? Мы поругались. И признаюсь, я очень перед ним виновата…

— Я всё знаю, — прозвучало в трубке весёлое. — Кстати, а кем мать моего сводного брата по отношению ко мне будет? Ну там, по родственным связям.

Клоун.

Но недооценивать не стоит. Упрямый мальчик. Плохо поддающийся и влиянию, и контролю. В моменте — да, но в отдалённой перспективе работать не получалось.

— Кто тебе рассказал? — Милочка поглядела на потолок.

Белый.

Светлый. Чистый.

— Да так… вспомнил кое-что.

И потрясающая сопротивляемость. Тот эпизод Милочка крепко запечатала. Даже сейчас голова заболела, стоило вспомнить, во что ей это обошлось.

— Так значит, правда?

— Увы. Взрослые совершают ошибки.

— Ага. А некоторые с потрясающим упорством, — весело согласился парень. — Слушайте, тёть Люда…

Вот знает же, что её бесит эта форма имени. Но нет. Упорный.

— … на самом деле я тут по другому вопросу вообще. А правда, что вы угробили своего папеньку? И вообще чья это была идея, спереть артефакт, ваша или Потынина?

Он сказал это легко, не понимая, что подобные имена не произносят вслух. И горло перехватило. Милочка не выронила бокал, нет. Она аккуратно поставила его на столик, на специальную салфетку. И села ровно.

— Ау… тёть Люда, вы там чего? Да не переживайте так! Я ж никому, честное слово… ну пока никому.

— С чего ты…

— Лёшка не говорил, что ему от бабки дача досталась? Ну, для неё дача, а так-то дом крепкий, можно и зимой жить. И главное, он же рядышком от моего. То есть, не совсем моего, этот, где я живу, Улькин. Моей невесты. Вам папа говорил, что у меня невеста есть?