Книга Бывшая жена. Научусь летать без тебя, страница 53 – Элли Лартер

Милая?!

С какой такой радости он обращается так к маме, которую совсем недавно поливал грязью?!

Какого черта здесь вообще происходит?!

Я пытаюсь вырваться, но физических сил противостоять взрослому сильному мужчине у меня нет.

Кричать не решаюсь: не хочу напугать маму.

В конце концов, далеко он меня не утащит: только в коридор.

Как только мы оказываемся там, отец отпускает меня, и я, потирая локоть, который он сдавил до боли, рычу:

— Какого черта?! Ты вообще умеешь рассчитывать силу?! А в идеале — разговаривать с людьми словами через рот, чтобы не приходилось трогать их против их воли?!

— Помолчи! — шипит он на меня, оглядываясь на дверь палаты, словно мама, слабая, только что вышедшая из комы, вся переломанная, перебинтованная, обмотанная трубками и проводами, бросится вслед.

Но нет: она и с постели-то встать не сможет!

Да и двери у реанимации металлические, многослойные, тяжелые, не пропускают ни единого звука... Даже хорошо: можно орать на него и не волноваться, что мама услышит.

И я ору:

— В смысле, мать твою, помолчи?! Ты мне что, рот сейчас затыкаешь?! И врачам тоже заткнул?! Велел не звонить мне, да?! Мама в себя пришла — а я не в курсе! Как так?! Слава тоже не в курсе, наверное?! — я смотрю на него и по выражению его лица понимаю, что права. — Что, может, и тете Агнии не сообщили?! Не сообщили, да?! Ну ясно! Ты что-то скрываешь! Говори сейчас же! Что с мамой?! Она умрет?!

Я не знаю, почему в мою голову в первую очередь приходит именно эта мысль.

Наверное, потому что это самый мой большой страх за последние дни.

Ну а как еще объяснить то, что от нас скрыли, что она пришла в сознание, и то, что сама она вела себя со мной так мило?!

С другой стороны, если она вот-вот умрет, разве об этом не должны сообщить родственникам, чтобы они успели попрощаться?! Разве молчать законно?! А может, отец дал огромные взятки, кому надо?!

— Уймись ты! — фыркает тем временем он. — Она не умрет. Твоя мать поправится, все будет хорошо.

— Тогда в чем дело?! — я смотрю на него с подозрением. Вроде и рада, а вроде и не верю.

Боже, до чего мы докатились: я не могу доверять родному отцу даже в такой ситуации!

Не семья, а фарс какой-то!

— Дело в том, что она еще слишком слаба, чтобы принимать гостей, — говорит отец. — Поэтому позвонили только мне, как мужу.

— И она с радостью тебя приняла?! Тебя, изменника, который еще и ее компанию забрать хочет?! Она что, не могла попросить вызвать Славу вместо тебя?!

— Ну, она не стала, — отец пожимает плечами.

— И что, она приняла от тебя клубнику в шоколаде и обращение «милая»?!

— Мы с ней решили, что после такой трагедии все наши претензии друг к другу — это ерунда. Что она могла умереть — и я очень скорбел бы, что все закончилось именно так, что мы не смогли помириться и снова стать счастливыми.

— Я тебе не верю, — говорю я с брезгливостью в голосе.

Но что, если это правда?!

Я ведь и сама допускала такую мысль.

Вот только тогда я буду разочарована в маме...

Да, она пережила авиакатастрофу, трагедию, которая чуть не унесла ее жизнь.

И в моем понимании это тоже знак.

Но знак не помириться с тем, кто предал, а начать все заново, с чистого листа, правильно, исключив из своего окружения людей вроде моего папаши.

Странно думать об этом, ведь я всего несколько дней назад была на стороне отца, но теперь... теперь мне и думать об этом тошно.