Книга Капкан, страница 134 – Амелия Брикс

Мое сердце сжимается от боли. Как бы я хотел быть рядом с Машей, когда ей нужна была поддержка.

— Пап, это всё в прошлом. Я начала жизнь с чистого листа. Хотя с чистого не получится. Слишком много “грязных” пятен, – по голосу Маши понимаю, что она плачет.

— Не говори так, дочка. Ты заслужила счастье. И этот парень, – кашляет, – матери он очень понравился. Смотри сколько он сделал для нас сегодня ради тебя. Держись за него. Он не такой “сморчок” как тот твой… он тебя не предаст и не бросит, – замолкает и тяжело дышит. – И пообещай мне сейчас, что ты никогда… слышишь никогда, больше так не поступишь с нами и с собой.

У меня сжимается что-то в груди, и начинает медленно ныть. Значит ее родители поверили в меня и доверяют счастье своей единственной дочери. Что же с ней случилось? А справлюсь ли я с их доверием? Как я мог быть таким идиотом, обижая ее все время?

— Пап, Марк очень хороший человек, но он сложный, очень сложный. У него свое непростое прошлое, – тихим голосом говорит Маша.

— Так помогите друг другу. Это в ваших силах.

Я услышал достаточно. Достаточно для того, чтобы о многом подумать и задуматься о будущем. А будет ли у нас с Машей будущее? Отхожу к окну и смотрю вдаль, пытаясь понять, что же нас ждет.

— Устал? – спустя некоторое время ко мне подходит Маша и встает рядом. Ее взгляд полон теплоты и заботы.

— Все хорошо, не переживай за меня, – улыбаюсь ей и притягиваю к себе, целую в лоб. Она смущается и опускает глаза. Какая же она милая, когда вот так краснеет и смущается.

Меня охватывают несвойственные мне чувства – чувства, которые я не испытывал уже много лет: нежность, забота, умиление ее молодостью и чистотой. Мне хочется целовать ее, не останавливаясь. До сих пор чувствую на своих губах вкус ее губ после той вечеринки в клубе. Она даже не помнит, как жадно целовала меня в такси. Ей повезло, что мы были не одни, иначе я вряд ли остановился.

— Поехали, – она отстраняется и смотрит на меня, – отвезем твою маму и нам пора в дорогу собираться, – в ее глазах тут же появляется грусть.

— Поехали, – кивает, соглашаясь.

По дороге я периодически посматриваю на Машу в зеркало заднего вида. Она сидит, прижавшись к своей маме и склонив свою голову ей на плечо. Изредка они перекидываются словами. Ближе к дому Маша подсказывает, как мне ехать. А когда останавливаемся возле небольшого деревянного домика, Светлана Александровна настаивает на том, чтобы мы перекусили. Я поддаюсь ее уговорам.

Осматриваюсь. Обстановка в доме очень скромная, но как-то тут уютно по-домашнему и чисто. Почему-то сразу с ностальгией вспоминаю свою маму, наш дом, детство. Но этот дом удивляет меня своей безупречной чистой. Впервые такое вижу. Даже дома у мамы я всегда нахожу пыль или разбросанные то там, то здесь вещи. Я прохожу в зал. Небольшая стенка с посудным и книжным шкафами. На комоде стоят несколько семейных фотографий в рамках. Подхожу и рассматриваю их. Одно семейное фото, а на трех других изображена Маша в разном возрасте. Беру в руки фото, где она еще школьница. Она счастливо улыбается. На носу мелкие конопушки, волосы заплетены в две косички. Какая она тут еще малышка. Я с восторгом смотрю на другое фото, где у нее роскошные длинные волосы. Зачем она их состригла? Они были такими красивыми. Беру рамку и провожу пальцем по ним. И тут Маша улыбается, глядя на меня с фотографии.