Книга Измена. Бумеранг для любовницы, страница 35 – Ирина Манаева

— Ты не рада меня видеть? - снова шевелятся его губы, а до моих ушей долетает вопрос.

Рада ли я?

С удивлением смотрю в эти серые глаза, которые любила. В это до боли знакомое лицо. Такое же красивое, только с добавившимися мелкими морщинками вокруг глаз. Сколько ему сейчас должно быть? Тридцать три?

Неужели, в моей жизни не будет ничего хорошего? Я пытаюсь быть сильной, но ощущаю себя ростком под проливным дождём, который пытается тянуть голову вверх, но по ней постоянно барабанят тяжёлые капли, прибивая к земле всё сильнее и сильнее.

Намереваюсь подняться, и две разные руки тут же хватают меня за предплечье. Пашка снова рядом, и с любопытством смотрит на человека, с которым когда-то был знаком.

— Стас? - его удивление такое же, как моё. Радует, что я не сошла с ума, он тоже его видит. Или же моё помешательство настолько сильное, что я представляю себе картины, которых нет. Например, своего брата, который откровенно пялится на бывшего мертвеца.

Малышев одной рукой держится за меня, вторую протягивает Пашке. И они, не отпуская моего локтя, пожимают друг другу ладони.

— Паш, - возвращаю его внимание к себе. - Помоги.

Он задерживается взглядом на Стасе, а потом отпускает.

— В машине подожду, - смотрит на меня, и я снова округляю глаза.

— Не надо ждать, - снова поднимаюсь, но он тут же делает шаг от нашего стола. - Я хочу… - но не договариваю. Ему всё равно, чего хочу я. Какого-то чёрта он увидел мужскую солидарность там, где её быть не должно.

— Паш…

— Кажется, вам надо поговорить, - поднимает к глазам руку с часами, прикидывая время. - Вернусь минут через сорок? - это относится не ко мне. Вопрос адресован Стасу.

Малышев благодарно кивает, и его лицо слишком серьёзно, а я стою, как идиотка с костяной ногой, пытаясь ухватиться за костыли.

Спина брата удаляется, а Стас снова рядом, но не решается коснуться.

— Просто дай возможность кое-что сказать тебе.

Чувствуется, что в любой момент готов прийти на помощь, если позволю. Но не позволяю.

— Зачем? - пожимаю плечами, понимая, что на нас уже начинают пялиться.

— Двадцать минут, хорошо? - просит.

— Хочешь вместить восемь лет жизни в короткий рассказ? - изгибаю бровь и губы. Ну что ж, послушаем. Даже интересно, что же он такого поведает. Как будет нагло врать.

Тяжело опускаюсь на мягкое кресло. Надо отдать должное, сейчас мебель куда лучше той, что была раньше. Но всё равно ощущаю, что место знакомое. Будто стены шепчут, что помнят меня. Что помнят нас обоих, потому что именно здесь всё началось.

— Давай, я слушаю, - говорю с вызовом, когда подходит официантка.

— Станислав Евгеньевич, что принести? - заискивающе улыбается этому мудаку, а я теряю дар речи. Что? Я сейчас не ослышалась? Она назвала его по имени-отчеству?

— Салат с морепродуктами и десерт, ну ты знаешь какой.

Шатенка тут же слегка кивает и удаляется, виляя бёдрами. Она его знает. Он здесь частый гость? Ничего не понимаю.

— Если я скажу, что часто думал о тебе, что ты ответишь?

— Иди к чёрту, - складываю руки на груди, слегка отворачиваясь.

— Знаешь, я там был и вернулся.

— У чёрта? - не понимаю аллегории.

— Можно и так сказать.

— Ты умер, Малышев, - говорю ему так, будто он забыл такую простую деталь.

— Так было нужно.

— Кому? Тебе? - делаю вид, что плевать на него и слова. Только внутри всё настолько клокочет, что не могу успокоиться. Он здесь. Эта сволочь сидит напротив, пытаясь мне что-то рассказать. Ненавижу. Ненавижу его ещё больше, чем Арса. И тут же вспоминаю, почему я вообще здесь.