Книга Измена. Бумеранг для любовницы, страница 38 – Ирина Манаева

Плевать. Качаю головой, будто говоря ему, что всё бессмысленно. Что эта встреча вообще не должна быть.

Да, я жаждала увидеть анонима, но, наверное, лучше бы мне было ничего не знать, потому что теперь в моём сознании какой-то хаос. Думала, что не будет хуже? Что Арс - последняя капля? Получите - распишитесь.

— Не могу сказать, что рада тебя видеть, - наконец, произношу. - И это всё следует закончить.

— Мия, - он вкладывает в слова слишком много эмоций. В них звучит какая-то тоска, боль, желание быть услышанным. Грудь набрала слишком много воздуха, кажется, слов будет тьма. Но он молчит, а потом просто выдыхает, будто решает ничего не говорить.

— Как долго ты в городе? - задаю вопрос.

— Пару месяцев в году, потом уезжаю.

— Неужели, в Испанию? - усмехаюсь, вспоминая номер, и он кивает.

Отчего-то чувствую себя надменной дурой, потому сбиваю спесь. Да, он виноват передо мной. Его поступок настолько меня подкосил, что не было света в конце тоннеля. До него я не думала, что вообще на свете может существовать такая любовь. И не думала, что можно так долго и беспросветно умирать.

— Выставлю тебе счёт за цветы, - смотрю на него, и Стас поднимает на меня глаза, заставляя внутренности скрутиться в жгут. Будто не было между нами всех этих лет, и мы снова в этом чёртовом кафе, где я работаю. - Те, что на твоей могиле, - говорю, отворачиваясь.

— Я готов оплатить всё, что скажешь, - тут же соглашается.

— Что на счёт угробленных лет и надежды на будущее?

Он просто смотрит, как раньше. И молчит. А я опять ловлю себя на мысли, что не в силах держать язвительность внутри.

— Как давно купил кафе?

Вопросы сыплются один за другим. Не знаю, к чему мне эта информация, но язык будто не подчиняется и дальше интересуется всем, что связано с Малышевым. Он сказал, что это из-за меня. Врёт?! Определённо. Только зачем? Неясно, какого чёрта вообще сидит передо мной весь такой красивый.

— Приобрёл почти сразу, как вернулся.

— Для чего?

Он задумывается на несколько секунд, а я представляю, что выбирает подходящий вариант ответа. Делает ставку на то, какой будет лучше.

— Это как старая игрушка, которая была в детстве, но сломалась. Вырос, видишь такую же - хочется купить.

Пожимаю плечами, не понимая, к чему клонит.

— Здесь я познакомился с девушкой, которую люблю.

Его слова ошпаривают. Они раскалёнными углями ложатся на сердце, и тому хочется обманываться.

В русском языке три времени.

Я тоже любила. Но нет ничего вечного, и каждые чувства приходят к концу. Любовь - это страсть на три года, из которых нам был отведён лишь один. Может, потому оставшиеся два я не знала, куда себя деть, и с головой ушла в работу, которая помогла стать той, кем я являюсь?

Я выбросила старую одежду, сменила круг общения, имя, в конце концов. Взяла с собой в новую жизнь только мать, Пашку и Лапина. Если бы не Сашка, меня бы не было. Странно, конечно, но он не сюсюкал, а просто говорил то, что думает. И это трезвило.

Прошлое не вернуть. А в настоящем я тоже не могу использовать слово «люблю». Потому что оно должно принадлежать тому, кто этого достоин.

Увы. Достойных в моём окружении нет. Речь, конечно, о мужчинах. Я не беру в расчёт близких, это само собой. Я не чёрствая су.а, которой нет дела до других людей. Я тоже умею чувствовать.