Книга Измена под бой курантов, страница 84 – Ирина Манаева

Останавливается в нерешительности, не зная, что делать, поворачивает голову в сторону двери своей сестры.

— Здравствуйте, — окликаю её с улыбкой, толкая вбок Эдика. — А мы вас ждём.

Кораблёв морщится, словно я ему второй нож в живот вставила, и прижимает руку к больному боку. Да, немного перегнула, с этим следует поаккуратнее.

— Пусть папа останется, — ноест Ланка, и мне хочется, чтобы она замолчала. Да, я понимаю её, только меня кто поймёт? Завтра Рождество, я хотела просто посидеть за столом. Разве многого прошу? Без ссор, ругани, без чёртого Кораблёва!

Татьяна окидывает спину Эдика, подходя ближе, и он пропускает, смотря куда-то на пол. Что он там увидел? Слежу за его взглядом, натыкаясь на туфли Рада, наверное, это его, потому что точно не отца. Поднимаю глаза, встречаясь с Эдом. Я не обязана отчитываться вообще-то, кого хочу, того зову в гости.

Татьяне неуютно, это понятно. Стоит между нами, расстёгивая шубу.

— Давайте, — протягиваю руку, забирая верхнюю одежду. — Свет, покажи тёте Тане комнату.

— Не хочу! — капризничает дочка, требуя своего. Только сегодня прогибаться не буду. Как только гостья исчезает, между мной и Эдом снова никого, позволяю себе ненависть. Не знаю, как это выглядит со стороны, но искренне ненавижу его сейчас.

— Я тебе ясно дала понять свою позицию, Кораблёв. Отойди.

Приказ звучит жёстко, но он не подчиняется, а дверь открывается наружу, потому не могу просто закрыть её перед ним.

— Свет, пойдём покажу что-то, — пытается утащить её дед, но она настырная, вся в отца. Если внешность взяла от меня, то твердолобость от Эдика.

— Лан, папа не может остаться, ему пора, он просто…

— Нет, я могу, — перебивает Кораблёв, будто в этом и загвоздка. Плевала я на то, что он может. Видела, спасибо.

— Не можешь! Давай, — делаю рукой пас, показывая, что ему пора, только сдаваться Кораблёв не намерен, а я вообще не до конца понимаю, зачем ему это всё? Я не богатая наследница родителей, у которой бизнес, недвижимость и деньги. Я безработная преданная женщина. — У нас гости!

— И чьи же это ботинки? — кивает на туфли Рада.

— Ну, мам, — тянет за подол платья дочка.

— Последнее, что я буду делать, это отчитываться перед тобой, — шиплю в лицо бывшему, перехватывая руку ребёнка.

Никогда прежде не устраивала сцен при Ланке, договор — переносим на время, когда она будет спать. А сегодня видит совсем другую маму. Но у меня нет выбора.

— Ты можешь быть человеком? — сменяю тактику. — Я и так тебя перестала уважать, не падай ещё ниже.

— Просто поговорим, хорошо?

— Да нет ничего хорошего!

Приставучесть раздражает. Меня трясёт, и понимаю, что в любой момент покажется Рад, которому надоест сидеть на кухне. Он гость моего отца, но всё же каждому ясно, что именно он делает тут.

— Иди к деду, — обращаюсь к дочке, и в голосе ледяные ноты. Обычно добавляю солнышко, котёнок. Но она должна видеть, что я умею быть строгой и добиваться своего.

— Это того докторишки⁈ — вопрос и утверждение от Эда в одной фразе. Он максимально принижает Рада, и это доставляет ему удовольствие. Но я не ведусь.

— Я хочу к папе! — Ланка подбегает к Эду, обхватывая его ногу.

— Давай не сегодня, у нас же гости! Разве ты забыла?

— Хочу к папе! — продолжает маленький террорист. Но нельзя соглашаться на условия террористов, каждый знает.