Книга Дикая. Я тебя сломаю, страница 57 – Ксения Рокс

Туда, где мозг выключается, где нет места сомнениям, ни словам, ни прошлому.

После душа голова немного проясняется.

Я собираю волосы в хвост, перекидываю спортивную сумку на плечо и иду к залу.

Внутри… до боли привычный запах перчаток, резины и адреналина.

— О-о-о, кто вернулся! — радостно кричит Аня, подбегая и сразу заключая меня в объятия.

— Привет! — улыбаюсь я.

— Как поездка? — глаза её сияют любопытством.

Я невольно вздрагиваю, потому что сразу вспоминаю Ярослава.

— Хорошо, — коротко отвечаю.

Она поднимает брови, но не терзает вопросами, и спасибо ей за это.

И тут слышу знакомый голос:

— Здравствуй, Дина. Нам тебя не хватало, — Михаил Витальевич идёт навстречу, улыбаясь.

Я смеюсь и прыгаю к нему, как ребёнок.

— Мне вас тоже не хватало!

Он отводит меня к рингу.

— Ну что, докажешь, что не растеряла форму?

— Ещё бы, — отвечаю с вызовом.

Тренировка начинается. Перчатки бьют по мешку, мышцы приятно ноют, голова очищается.

Я остаюсь до самого конца, выматываю себя до последней капли.

После все расходятся, а мы с Михаилом Витальевичем остаёмся. Он предлагает попить воды, мы стоим у скамейки, смеёмся… лёгко, тепло, почти по-семейному.

С каждой минутой в груди становится свободнее. Все тревоги, все сомнения, и даже Ярохин… отступают. Потому что с момента нашего расставания около подъезда он мне даже ни разу не написал. Да, глупо об этом думать, ведь мы расстались всего несколько часов назад… а ощущение такое, будто бы мне уже его дико не хватает. Но я максимально стараюсь об этом не думать.

Ровно до того момента, пока не замечаю движение за спиной. Поворачиваюсь… и вижу его. Ярослав стоит у двери зала. Волосы чуть растрёпаны, глаза мрачные, губы сжаты в тонкую линию.

Он выглядит каким-то нервным, что ли.

Как он меня нашёл?

— Оу… Ярослав, — произношу растерянно, чувствуя на себе взгляд тренера. — Ты не говорил, что придёшь…

— Решил сделать сюрприз, — отвечает он без улыбки.

Михаил Витальевич переводит взгляд с него на меня, но ничего не говорит.

Я поспешно хватаю спортивную сумку, накидываю худи.

— Ладно, я пойду, — бросаю тренеру. — Завтра в то же время?

— Да, обязательно, — отвечает Михаил Витальевич, делая вид, что ничего не понял. Но я знаю, что все он очень даже понял.

Мы с Ярославом выходим. На улице все еще пахнет дождём, а внутри всё сжимается, будто гроза надвигается.

Я молчу, и он — тоже.

Замечаю, что он какой-то другой. Напряжённый, хмурый, будто кипит под кожей.

— Что-то случилось? — наконец спрашиваю, стараясь говорить спокойно.

Он вдруг резко оборачивается.

— Да! — рычит. — Хочешь сказать, что этот мужик — просто твой тренер?

Секунда тишины.

Вот оно что…

Первый порыв — это обидеться. Второй — рассмеяться, потому что это звучит как абсурд.

И все же я выбираю второе.

На губах появляется лёгкий смешок.

— Господи, Ярослав… Ты… правда меня ревнуешь?

Ярослав

Возвращаюсь домой. Так странно… скучал ли я по этому месту? Хрен его знает.

Отпираю дверь ключом, захожу. В коридоре темно, пахнет пирожками и чем-то ещё — похоже, мать решила заморочиться ради моего приезда.

— Сынок! — слышу голос матери из кухни.

— Ага, это я.

Появляется и отец, в своей неизменной белой рубашке, вечно уставший и занятой.

— Ну что, вернулся, странник. Как там поездка? — спрашивает, а сам что-то строчит в телефоне.